Книга Унесенные морем, страница 22 – Бет О'Лири

— Пойду переоденусь. Ладно? – кричу я ему, когда за ним закрывается дверь. – Просто дай мне немного пространства.

— Конечно! – кричит он в ответ.

Я стою на месте еще какое-то время. Я немного успокоилась. Буду решать проблемы по мере их поступления: да, я в море и понятия не имею, где именно, но я больше не считаю находящегося рядом со мной мужчину убийцей. Пусть это будет моей маленькой победой. Возвращаюсь в спальню и толчком захлопываю за собой дверь.

После нашего разговора комната выглядит иначе. Ножи в футляре явно похожи на поварские, кровать снова стала той, в которой мы провели ночь, а скомканное белье хранит наше тепло. Дыхание понемногу успокаивается. Достаю свою сумку из гардероба и роюсь в вещах. Мне так жарко, я вся липкая от пота, поэтому мне нужны шорты, но… блин. Почему я всегда кладу в чемодан вещи, которые сто лет не носила? Я не взяла с собой никаких шорт, кроме джинсовых. Они слишком облегающие, но мне придется их надеть: не оставаться же в теплых спортивных штанах.

Натянув шорты, я собираюсь с духом и выхожу на палубу. Зик улыбается мне, но смотрит немного опасливо. Сцена с ножами все изменила. Мы были незнакомцами, потом стали любовниками, а сейчас мы снова незнакомцы. Он опять натянул на голову шапочку, несмотря на палящее солнце; одной рукой он теребит цепочки на груди, а другой помешивает овощи на решетке. Вспоминаю, как эти цепочки касались моей обнаженной кожи, когда он двигался снизу вверх по моему телу, покрывая его поцелуями. Я отворачиваюсь, устремив взгляд в открытое море.

По-прежнему не видно ни одной лодки. Поверить не могу, что мы здесь одни. Поверхность воды совсем разгладилась, и море превратилось в бескрайнее, сияющее озеро.

— Спасибо, что поговорил со мной.

— Да не за что. Прости, что я не… Что ты не чувствовала себя со мной в безопасности, – тихо говорит он, глядя на мангал.

— Ну… да. Но, может, я драматизирую, – признаюсь я, с удивлением взирая на зияющую пустоту со всех сторон. Не хочу преуменьшать сказанного, но вполне допускаю, что не распсиховалась бы так сильно, если бы мы не дрейфовали посреди моря.

— Мы справимся, – помолчав, произносит Зик. – Люди могут годами болтаться в море, вцепившись в какую-нибудь палку или упавший в воду кокос, и ничего – выживают.

Он явно храбрится. Тем лучше для него. Не дождавшись ответа, он откладывает щипцы для барбекю и раскладывает один из полосатых бело-голубых шезлонгов, засунутых за штурвал. Я их видела раньше, но решила не трогать, потому что сесть – все равно что начать обживаться. Море отливает оттенками серого и зеленого, солнечный свет ударяется о поверхность воды и рассыпается серебристыми блестками. На фоне глубокого цвета моря синева неба странно двухмерна, как стена, выкрашенная в однотонный синий цвет.

— Сядь. Отдохни. Скоро нас кто-нибудь спасет, – говорит Зик. – Мимо проплывет какой-нибудь корабль.

Я игнорирую шезлонг. Я уже далеко не так уверена в грядущем спасении, как три часа назад. Мы еще ни единой лодки не видели. Мы взошли на борт плавучего дома вчера около полуночи, а сейчас уже половина четвертого – прошло более пятнадцати часов, и мы не встретили ни одной живой души.

Где бы мы ни оказались… я начинаю беспокоиться, что это крайне непопулярное место.