Книга Унесенные морем, страница 96 – Бет О'Лири

— Но палуба не была на высоте в миллион километров над землей, правда? – парирует она.

— Ну да, но прошло больше недели, а ты так ни разу и не упала за борт, так почему должна упасть сейчас?

— И то верно, но все равно раздражает.

Я улыбаюсь.

— Ну сесть-то ты хотя бы можешь? – интересуюсь я.

Сам я сижу, подтянув колени к груди, спиной к ограждению, лицом к ржавому оранжевому подъемнику, который загораживает изрядную часть вида – кажется, для Лекси сейчас это плюс.

Шмыгнув носом, она медленно поднимается на руках, потом выглядывает за край платформы и крепко зажмуривается.

— Брр.

— Просто взгляни на меня, – говорю я, убирая волосы со лба. – Привет.

Лекси открывает глаза и встречается со мной взглядом. Вижу, как ее тянет перевести взгляд на горизонт, но я не отвожу глаз и замечаю, как она медленно, очень медленно расслабляется. Не разрывая зрительного контакта, она хватается рукой за ограждение и садится, скрестив ноги.

Мы так долго сидим неподвижно, просто глядя друг на друга, что я теряю счет времени. В окружающем нас небе свищет ветер. После всех этих дней, проведенных в тесном деревянном ящике, это место вызывает у меня головокружение. Но, несмотря на все изменения, Лекси остается собой – смелой, напуганной, сильной, мягкой, теплой, холодной. Я еще не встречал никого, кто может быть такой разной в один момент времени. И я хочу ее, даже здесь, после этого безумного, бурного дня. Хочу ее так, словно хотел всегда, словно всякий раз, испытывая влечение к женщине, я искал в ней Лекси.

— Шестьдесят, – слабым голосом произносит она.

— Извини?

— Женщин. Шестьдесят женщин?

— О боже, – смеюсь я.

— А ты что, думал, я съеду с темы, не получив от тебя ответа?

— Ну, нет, я ведь тебя знаю. Но… Шестьдесят пять. Но не уверен, что это верная цифра. Это моя догадка. Вот как… вот как я запутался. Некоторых женщин я даже не помню.

Посерьезнев, она смотрит на меня своими широко раскрытыми льдисто-голубыми глазами.

— Извини, – шепчу я.

— Не извиняйся. Передо мной не надо извиняться. Я просто подумала, с какой легкостью могла бы стать одной из тех женщин, которых ты не помнишь.

Я качаю головой:

— Не стала бы.

Ее брови слегка приподнимаются.

— Нет, правда. Все было не так. Если бы этого, – я кивком указываю на море и тут же жалею об этом, потому что Лекси бросает взгляд за ограждение и бледнеет, – если бы этого не случилось, да, мы могли бы пойти каждый своей дорогой и никогда больше не увидеться, потому что ты этого хотела. Но я бы тебя не забыл.

— Правда?

— Да. И я вообще-то не хотел, чтобы ты уходила. Тогда, утром.

— Помнится, ты думал, что я пытаюсь украсть твой плавучий дом.

— Ну да, – улыбаюсь я. – Но все равно. Уже тогда я знал, что в тебе что-то есть. Может, у меня и было шестьдесят пять партнерш на одну ночь, но такого со мной еще не случалось.

— Что, тебя никогда не уносило в открытое море с женщиной, с которой ты переспал?

Искоса смотрю на нее.

— У меня никогда не было такого. Я еще ни к кому не испытывал подобных чувств.

Лекси делает резкий вдох, словно я шокировал ее. У меня в голове пульсирует. Я люблю ее. Это ясно как день. Это не какое-то внезапное озарение – я просто это знаю, как знаю, что быть добрым правильно. Это инстинкт.

— Зик, – шепчет она. – Не надо. Ты же не всерьез.