Книга Ты моё спасение души, страница 104 – Мара Евгеника

— Славик, я говорил тебе сегодня, что люблю тебя?!

Моя Бемби смотрит на меня в зеркало, улыбаясь своей мягкой и милой улыбкой, от которой на её щеках начинают играть очаровательные ямочки.

— Говорил, любимый мой, говорил! Утром много раз, днём по телефону, когда звонил, и вечером успел сказать ни единожды, - ласково отвечает моя олениха, поглаживая мои руки и целуя их.

— Давай, Славик, потанцуем под мелодию нашего свадебного танца, - произношу, включая на телефоне нашу песню. - Ты такая красивая в этом белом шелковом халате и с распущенными волосами, хочу снова испытать трепет от нашей танцевальной близости.

Поднимаю Славочку, прижимаю мягко, но властно, к себе, начинаю двигаться с моей любимой женщиной, нашептывая ей на ушко слова своей клятвы.

— Славик, нет такой меры длины и веса, чтобы оценить мою любовь к тебе. Она несоизмерима, потому что безмерна и бесконечна. Ты - место моей силы и моя "ахиллесова пята"! Я люблю тебя не за что-то, а вопреки всему! Люблю любую! Вместе с тобой я радуюсь и огорчаюсь! Я хочу дать тебе все, что могу дать! И обещаю ничего и никогда не требовать у тебя взамен своей любви! Славик, прошу тебя просто живи и будь со мной! - произнося, после каждой строчки целую мою награду.

Закончив свою клятву, читаю любимой часть стихотворения американского поэта Эдварда Каммингса.

— Я несу твое сердце в себе Твое сердце в моем…Никогда не расстанусь я с ним И куда ни пойду Ты со мной дорогая. Все дела и поступки мои разделю Я с тобой Моя радость. Я судьбы не боюсь. Ибо ты мне судьба и звезда Мне не нужен весь мир! Ты мой мир! Моя истина и красота…

— Я люблю тебя, Никитушка! Без тебя меня нет! Ты моё сердце, моя душа, мой мир! - шепчет в ответ моя любимая женщина.

— Хочу любить тебя, моя родная! Хочу тебя до головокружение и жара в груди, - шепчу Славику, развязывая концы её пояса, опуская с её плеч тонкий шёлк.

Халат падает на пол, оголяя шикарные формы моей женщины. Медленно опускаюсь перед ней на колени, выцеловывая каждый сантиметр стройного тела. Моего любимого тела. Мне нравится открытость Славика, ее раскрепощенность и доверие ко мне. То, что сейчас есть в наших отношениях дорогого стоит, потому что к этому мы оба шли много времени.

Я трогаю, глажу, целую, лижу ее, наслаждаюсь томными стонами своей любимой, млею от происходящего между нами, а в голове непроизвольно всплывают воспоминания о самой первой нашей близости…

- Уходи, Слава! Уходи! - быстро шепчет пьяная мать, схватив в коридоре одной рукой меня за локоть, а другой прижимая к себе какой-то странный грязный сверток.

Печально и устало смотрю на свою родительницу. Вернее на то, что осталось от нее и ее былой красоты.

Особо искать не приходится. Худая как палка женщина стоит передо мной в драном шелковом халате. В глубоком вырезе давно нестиранной вещи печально выглядывают груди.

На голове матери распатланное воронье гнездо тусклых немытых волос.

Лицо ее глубокопьющего человека. Оно одутловатое, серое с красными островками и прожилками кровеносных сосудов.

На лице пустые, бессмысленные голубые глаза. Под правым - старый жёлтый синяк. Левый украшает совершенно свежий, отекший, красно-бордовый кровоподтек.

Мне жалко свою мать до спазма в груди и слез. Если было возможным, то я бы все отдала, чтобы помочь ей. Но…