Книга Теперь ты в армии, страница 98 – Алексей Урусов

Лейтенант Ходырев, ставя нам задачи на оборону, констатировал: — Солидно готовятся. Раз прямо с утра ведут разминирование, значит сейчас полезут.

Атака оказалась неожиданно массированной и сильной. На нас наступало не меньше двух рот солдат, и как только первая волна пошла в атаку, ещё с десяток бронетранспортёров выехало на поле и помчались в сторону наших позиций, поливая из пулемётов. Линию у них держать не получалось, но своим огнём они нам высунуться толком не давали. Два бронетранспортёра, объезжая воронки, неправильно сманеврировали и стукнулись друг о друга. Пока они разбирались, наши дроноводы успешно попали по обездвиженным машинам, и они запылали. Почти сразу удалось поджечь ещё один БТР. Из транспортёров выпрыгивали солдаты, став второй волной атаки. Несколько наших мин легло поблизости от десантирующихся поляков, хотя бы немного проредив их ряды.

Видя, как сотни три наступающих заполнили округу, Спартанец возмутился: — Ёшки-негритошки. Все здесь! А кто же в Африке остался?

Автоматы, щёлкавшие одиночными, застрекотали очередями, значит до наступающих осталось всего триста метров. Мой автомат рядом, но пока я продолжаю бить из винтовки — за эти два дня научился отличать командиров от простых штурмовиков: даже при одинаковой форме, динамика движений у офицеров и сержантов другая: целесообразная, выверенная, без суеты и дерганий. Плохо то, что часть наступавших осталась внизу, у подножия и начала окапываться, используя воронки от взрывов и сожжённую технику как объекты, за которые можно зацепиться.

Пару раз порадовало поддержкой наше командование: вначале несколько ФАБов прилетело по соседним опорникам, которые мы вчера потеряли. А потом по низине, в которой шло накопление сил у поляков, отработала реактивная артиллерия. И то хлеб — в ближайшее время пополнения у наступающих не будет. В первой атаке польские штурмовики смогли добраться до расстояния броска гранаты и начали нас закидывать. Точнее, попытались. Но неожиданно нам на руку сыграло большое число наших раненых: многие из них стрелять не могли, но для применения магической силы нужна только воля, а она у морпехов есть всегда, пока они живы. Юра Озал и Рази Назимов распределили раненых по группам и те коллективными усилиями выставляли воздушные и ледяные щиты. В результате атака захлебнулась, точнее провисла: у нас не хватало сил сбросить штурмовиков со склона, а они не моли продвинуться вперёд. Спусковым крючком для нашей победы в этой атаке стало решение взводного подорвать два фугаса: их у нас осталось немного и приходилось экономить. А перед этим я стянул снайперов на нужный участок, и мы основательно проредили руководство среди наступающих. Так что, когда раздалось два взрыва, один из которых был особенно эффектным: фугас, закопанный под гусеницами БТРа и присыпанный обрубками железа, не только взорвался, обдав всю округу железным дождём; взрывной волной БТР подкинуло в воздух, и он покатился по склону, два раза перевернувшись. Нападавшие стали стремительно отползать назад, а мы им помогали, «уговаривая» польских командиров не мешать выполнению этого грамотного тактического манёвра.

Хотя часть наступавших осталась в самом внизу, спрятавшись за технику и по щелям, мы получили передышку. У нас несколько убитых, много раненых. «Тяжёлых» лечу сразу, но очень экономно: только чтобы остались живы. Весь остальной дар — на восстановление тех, кто сегодня ещё сможет встать в строй. «Маскирую» воздействие пучками трав, которые использую вместе с наборами из спас-пакета. Наверняка, атака скоро будет, и мы пытаемся как можно быстрее восстановить колючую проволоку и «путанку», ремонтируем и дооборудуем позиции, устанавливаем новые мины буквально в паре десятков метров от первой линии наших траншей.