Книга Птицы Великого леса, страница 195 – Ульяна Черкасова

— А что с князем Чернеком и боярами? – спросил Горыня. – Мне докладывают, что Здебора не верит ни в какой мор. Якобы он страшен только грешникам.

— А ещё говорят, – добавил Милош, – что её защищает какой-то святой.

— Кто? – нахмурился Ярополк. – Святой?

— Я слышал пересуды в городе.

— Я тоже, – вставил Горыня. – Якобы какой-то чужеземец пришёл к княгине посреди ночи, когда её пытался убить навий дух, и сотворил чудо. В общем, я думаю, что Чернек не согласится уходить из Лисецка. Он во всём слушается жену, а Здебора дурная баба, которая верит всем, кто целует жопу Пресветлым Братьям.

— Могу поспорить, что князь и бояре предпочтут умереть, только бы не бросать свои сундуки с золотом, – нахмурился Ярополк. – Я сам поговорю с Чернеком. Он жаден, но не глуп, а выбора у него не осталось.

На крыльце Дара, Милош и Горыня остановились. Воевода вздохнул, заметив мёртвую лошадь.

— Ох, бедняжка моя. Кто ж знал, что нельзя тебя оставлять?

— Жди здесь, – сказал ему Милош. – Я приведу тебе коня. Дара…

— Я найду Дедушку и Третьяну, – бросила она, ступая на заснеженную землю. Тяжёлые тучи закрыли небо от востока до запада. – Лучше них теперь гонцов не сыскать.

— Постой, – окликнул её Милош.

Дара неохотно задержалась, чувствуя, как чёрная скверна жадно лизала её сапоги, пробовола на вкус, но не могла больше ничего поделать.

— Пусть Чири не возвращается в город. Она ребёнок и слишком слаба.

Шустрая девчонка лучше, чем дряхлый старик, справилась бы с тем, чтобы бегать от двери к двери. В деревне её послали бы первой.

— Ладно, – неохотно согласилась Дара. – Пусть прячется.

Больше она не медлила, побежала со всех ног в посад, к опустевшему без сестры дому. В предрассветном сумраке золотые глаза духов сверкали вокруг, точно искры костра. Они провожали ведьму взглядом, и Даре казалось, что в их молчании слышалась мольба о помощи.

Тихи и безлюдны оставались улицы, даже петухи не приветствовали надвигающееся утро. Всё казалось прежним, но ничего таковым не было. Дара бежала мимо застывших в мёртвой тишине дворов, то и дело ей попадались на пути погибшие птицы, кошки и собаки, куда реже люди. Никто больше не решался выйти на улицу.

В избе на окраине не горел свет, и Дара подумала, что никто ещё не вернулся от реки. Но Третьяна приоткрыла дверь, заслышав её шаги. Бледным, вытянувшимся от ужаса было её лицо.

— Что случилось?

Девушка помотала головой.

— Мы ждём тебя, лесная ведьма, – проговорила она тихо. – Вот и всё.

Она прошла в избу, села в дальний угол, почти скрываясь в тени. Никто не открыл ставни. Одна-единственная лучина горела на столе. Дедушка держал на коленях Чири, девчонка дремала.

— Ну, что сказал князь? – спросил волхв. Он занял место, на котором обычно сидела Веся, и это казалось неправильным. Даре захотелось прогнать его. Превозмогая себя, она постаралась не смотреть на него вовсе.

— Нужно положить настилы и вывести людей из города до заката. После мы сожжём Лисецк и всю округу, что заражена скверной. Мне нужна ваша помощь.

Дедушка осторожно погладил Чири по нечёсаным волосам.

— Разве мы успеем вывести всех до заката?

— Выбора у нас нет. Князь хочет в первую очередь спасти ополчение. Дедушка, без твоей помощи не управиться. Нас всего четверо, кто может свободно ступать по земле.