Книга Недосказанность. Вкус второго шанса, страница 73 – Татьяна Никольская

— Да, светловолосый был парень, — я быстро смахиваю непрошенную слезу. — Сейчас, наверное, совсем седой, давно не виделись. Мы с ним росли вместе, это сын брата моего папы. Когда вахтерша крикнула, что ко мне пришли, и я увидела Кольку, я на него с разбега запрыгнула, чуть в траву не повалила от радости. У меня ведь нет ни братьев, ни сестер.

Я смотрю на Сергея и вижу, как меняется его лицо. Шок, растерянность, дикая боль и... осознание.

— Ну давай, рассказывай теперь ты, — говорю я, чувствуя, что выплеснула главную боль, и мне стало чуть легче. — Что это за любовь была, ради которой ты меня бросил?

Сергей проводит ладонью по лицу, словно пытается вынырнуть из затянувшегося кошмара.

— Я даже не знаю, как её зовут, — говорит он тихо. — Я не знаю, кто она. И даже лица её не помню. Господи, какой же я идиот.

— Я знаю, что ты идиот, — машинально подтверждаю я. — Но что значит, ты её не знаешь?

— Я собирался сделать тебе предложение, — он делает шаг ко мне, и в его глазах столько неподдельной муки, что у меня перехватывает дыхание. — У меня в кармане куртки лежала коробочка с кольцом. Я всё распланировал: набережная, вечер, свечи... Но не мог дождаться вечера и решил зайти к тебе днём. Подошел к общежитию и увидел, как ты виснешь на шее у какого-то здорового парня. Ты смеялась, прижималась к нему так, как будто он был самым близким человеком на свете.

— Так и было, — шепчу я. — Он и был самым близким.

— Но я-то этого не знал! — выкрикивает Сергей с отчаянием. — Я решил, что ты меня предала. Нашла кого-то покруче, пока я строил планы на нашу свадьбу. В ту секунду во мне всё выгорело. Ревность, ярость, дикая обида — меня просто заклинило. Мне хотелось причинить тебе такую же боль, понимаешь? Чтобы ты прочувствовала то же, что и я, когда увидел тебя в объятьях другого.

Я молча смотрю на него, медленно осознавая произошедшее тридцать лет назад. То есть тот поцелуй был глупой, слепой местью?

— Я караулил тебя, — глухо продолжает он. — Дождался, когда ты будешь выходить из общаги, схватил за руку первую попавшуюся девчонку. Я даже не смотрел на неё. Я её никогда раньше не видел и больше никогда не встречал.

— Но вы целовались так... — я качаю головой, всё еще отказываясь верить в этот бред, — как будто делали это тысячу раз.

— Она ответила на поцелуй, — горько усмехается Сергей. — Кто тогда в универе не хотел покрутиться рядом со старшекурсником из сборной? Ты же помнишь, девчонки за мной толпами бегали. Но мне же кроме тебя вообще никто нужен не был. Я был в ярости, сгорая от ревности, а она просто обрадовалась шансу. Я использовал её, чтобы ударить тебя побольнее, Ирина. Самый мерзкий, самый подлый поступок в моей жизни, за который я расплачиваюсь до сих пор.

У меня внезапно подкашиваются ноги. Я прислоняюсь спиной к стеллажу с вином, потому что боюсь, что рухну прямо на этот каменный пол.

Боже мой! Какой же глупой оказалась наша история.

Он приревновал меня к двоюродному брату. Я возненавидела его из-за случайной девушки. Никто никого не предавал. Никто не изменял. Мы просто не спросили. Не подошли друг к другу, не поговорили. Развернулись и разошлись, унеся с собой в сердце обиду, которая длилась тридцать лет.

— Ты понимаешь, что мы натворили? — шепчу я.