Книга Жестокие чувства, страница 67 – Агата Лав

Я выключаюсь.

Совершенно.

Без рывков и мелатониновых провалов.

Прихожу в себя я тоже так, словно кто-то нажал кнопку питания. Я открываю глаза и понимаю, что Роман сгреб меня в объятия и подогнул под себя. Я чувствую его повсюду, и он пока что спит. Я осторожно двигаюсь, чтобы выбраться на волю. Хорошо, что Роман вымотался за последние дни, это помогает не разбудить его.

Мы пересекаемся только через полчаса, когда я уже успела переодеться и привести себя в порядок. Он смотрит на мой силуэт сонным взглядом и лениво отрывает голову от подушки.

— Только не говори, что ты жаворонок, – стонет он.

Я улыбаюсь и смотрю на наручные часы.

— Я просто проголодалась.

— Почему ничего не заказала?

— А я не знаю как…

— Ты серьезно? Веди себя здесь как хозяйка – вот и все.

Легко сказать.

Но я киваю и разворачиваюсь к двери.

— Тогда жду тебя внизу, – произношу.

— Ты вот так бросишь меня?

— О да. Я по утрам жестока.

Я слышу его смешок.

Я выхожу в коридор и понимаю, что вообще не запомнила планировку дома. Вчера я ходила здесь в прострации и едва держала себя в руках. Но я сразу нахожу лестницу и спускаюсь на первый этаж, там интуитивно нахожу столовую. Никого не приходится звать, две девушки из персонала сразу показываются в проеме.

Лебедев тоже не заставляет себя ждать. Он спускается на завтрак и смотрит, как я намазываю джем на тост.

— Что? – спрашиваю его.

— Ничего, просто смотрю… Ты не отрезаешь корочки, – замечает он после паузы.

— Это преступление?

— Нет, – он усмехается, но явно задумывается о чем-то своем.

В его настроении что-то меняется, что-то фонит… Я сбиваюсь и вдруг понимаю, в чем может быть дело.

— Это твой дом? Не арендованный?

— Да, мой.

— И давно он тебе принадлежит?

— Лет пять. – Лебедев отвлекается на девушку, которая приносит кофе и блюда.

Пять лет.

Его супруга еще была жива…

И она, естественно, бывала здесь.

И, может быть, даже сидела на моем месте.

И срезала корочки.

Я отворачиваюсь к окну, делая вид, что любуюсь садом, но внутри все сжимается. Все это так странно… вывернуто наизнанку. Ведь каждый из нас что-то ищет в прошлом. Роман потерял свою жену и теперь словно хочет вспомнить ее через меня. Вспомнить утраченную любовь. Те чувства и переживания.

А я как будто свои уже вспомнила.

Я думаю о Третьякове каждую минуту.

— Босс, – бросает охранник, который появляется рядом со столиком.

Лебедев кивает, и он кладет на стол папку. Охранник сразу уходит, а Роман просматривает первый листок и начинает хмуриться. Наконец он отрывает взгляд от папки и внимательно смотрит на меня.

— Ты гипнолог? – спрашивает он.

Я выдерживаю его напряженный взгляд.

— Да, – киваю.

— Почему не сказала мне?

— Ты не спрашивал, – я пожимаю плечами и откидываюсь на спинку кресла. – Нужно было?

— Это очень редкая профессия.

— Прям как твоя.

Лебедев берет паузу. Он сканирует мои реакции, а я думаю о том, что передо мной израненный, переживший большую трагедию мужчина. Это помогает справиться со страхом и напряжением.

— Тебя это смущает? – спрашиваю его прямо.

— Не знаю, – произносит он задумчиво. – Ты что-то использовала…

— Гипноз? С тобой? Нет, конечно. Для этого нужны особые условия.

— Какие?

— Ты должен довериться мне, позволить и самое главное – сказать, какого результата ты ждешь.