Книга Поцелуй Снегурушки, страница 69 – Мария Тиамат

Дверь избы немедленно распахнулась, и на ее пороге возник глава семьи, горестно качая головою. Всплескивая руками, он запричитал:

— Ой, хозяюшка, пришла беда на наш порог! Восстали духи темные из Скверного леса, разгулялись по двору, откупа просят. Есть ли у тебя угощенье по чину, чтоб умилостивить мертвецов да нечисть?

— Есть, батюшка, есть! – отозвалась жена и с поклоном вынесла на мороз угощение: рассыпчатые пряники, сушеные яблоки и сливы, крепкую медовуху и ломти вяленого мяса. Объявила радостно: – Угощайтесь, гости лохматые, демоны рогатые! Вдоволь лопайте, нас не трогайте!

Толпа навалилась, грозно свистя и гикая. Бряцали бубны, пронзительно заливалась губная гармонь, разрезая полотно ночи. Глаза молодежи ликующе блестели, их задорный смех бросал вызов самой смерти, и та бледнела, теряла силы под его живительным натиском. Один за другим ряженые выхватывали подарки, совали в карманы или прямо в рот, пока поднос порядочно не опустел. Хозяин и его жена торжественно поклонились непрошеным гостям, а те запели сызнова:

Хором, отступая со двора, ряженые продолжали чеканить:

Кто посмекалистей – рифмовал, а другие желали невпопад, но зато от души:

Вился обрядовый напев от избы к избе, и зло, обманутое искусным притворством, уползало прочь, отправлялось рыскать в поисках добычи в безлюдные пустоши.

Аксинья всегда побаивалась долгих зимних ночей: а вдруг солнце и правда больше никогда не вернется? Угаснет за верхушками костлявых елей, и накроют землю вечные темнота и холод. С наступлением заморозков сохранять бодрость духа становилось все труднее: некогда свежее, напоенное соками лета небо теряло глубину, и Аксинья бродила, уткнувшись взглядом в носки лаптей. Прижимаясь грязно-сизым брюхом к земле, косматые тучи проливали потоки ледяных дождей. От них не родилось ничего живого, только расходились сырость и гниль. Буйные краски осени расплывались бурым месивом, а затем все окончательно убивал мороз.

Он щедро припорашивал землю серебристым инеем, и Земля, стонучи о пропавшем женихе, ткала из драгоценных, но обжигающих пальцы нитей свой погребальный саван, готовилась стать Невестой лютого Мрака. А солнце действительно тускнело день ото дня, и сияние его становилось зыбким, призрачным. Сердцем овладевала тоска, и Аксинье мерещилось, что это навсегда, что некогда голубые чертоги, как и весь мир вокруг, продолжит заволакивать бесцветная мгла зимы.

Но бесшабашное гульбище встряхивало душу. Визги и улюлюканье заражали азартом, подталкивали бросить вызов вечной немоте ночи. Голоса звучали все смелее, и вот уже Аксинья обнаруживала себя лихо скачущей среди сверстников. Тьма теряла зловещие чары, а небосвод озарялся жемчугом звезд – это Весняна, сестра Солнца-Витязя, собирала по крохам огонь людских сердец, чтобы вернуть жизнь брату. Будет он мало-помалу наращивать силы, пока не изгонит стужу прочь.