Книга Familia. Две женщины, две правды, одна тайна, страница 118 – Лорен Э. Рико

— Поверить не могу, что я о тебе ничего этого не знала. – Я обращаюсь скорее не к ней, а к самой себе. Хотя, с другой стороны, откуда мне было это знать? Ведь мы знакомы друг с другом всего несколько дней – можно сказать, пять минут. – Но, Исабель, почему ты не занимаешься этим на условиях полной занятости, постоянно?

Она в ответ грустно улыбается и качает головой:

— Нет. Я теперь не занимаюсь написанием муралов.

— Но почему? У нас, в Нью-Йорке, я видела столько произведений стрит-арта, но ни одно из них не может сравниться с тем, что сделала ты… ведь все, что создала ты, так ярко, проработано и утонченно! Полное впечатление, будто это написано масляными красками на холсте! Должен же быть какой-то грант или какая-то художественная организация… какой-то ангел-инвестор, желающий вложить деньги в украшение вашего острова?

— Понимаешь, просто я… я сейчас не хочу этим заниматься. Может быть, позже, не знаю…

Как только я открываю рот, чтобы расспросить ее о деталях, мой телефон начинает звонить, и место муралов на экране занимает лицо Макса.

— Тебе надо ответить на этот звонок, – говорит Исабель, и у меня создается впечатление, что ей очень хочется избавиться от нашего разговора.

Ладно, так и быть. Провожу по экрану пальцем и подношу телефон к уху.

— Что тебе надо, Макс? – холодно спрашиваю я.

— Гэбби? Слава богу, что ты ответила!

Звучащее в его голосе отчаяние заставляет меня поставить напиток на столик и немного выпрямиться. Мне необходимо сосредоточиться, несмотря на ромовые пары, туманящие мой мозг.

— В чем дело? Что стряслось?

— Это из-за Лисы, – отвечает он. – Меня вчера не было в офисе, и я оставил в качестве своего заместителя Рэнди. И это оказалось ужасной ошибкой…

Вдумываюсь в его слова, пытаясь представить лицо моего коллеги. Он человек ответственный, так что вроде бы нет причин, по которым Макс не мог оставить его «на хозяйстве». Правда, у него есть проблема: он не способен справиться с Лисой – та отлично умеет подминать его под себя…

Тьфу, пропасть.

— И что же она сделала?

— Ох, я просто не знаю, с чего начать. Во-первых, она провела его – воспользовавшись моим отсутствием, – чтобы переместить финальную версию своего материала из оперативного запоминающего устройства на внешнюю память. А затем солгала производственному отделу, сказав им, что она якобы получила редакционное одобрение, – что, разумеется, не соответствует действительности.

— О… о, черт. – Это скверно. Это очень, очень скверно.

Макс горько смеется.

— Но погоди, это еще не все – она отправила сигнальный экземпляр своей разгромной статьи этому автору – как бишь его фамилия? Финнеран?

— Финнеган, – поправляю его я. – Джейк Финнеган. Тот, работы которого мы проверяли на наличие плагиата.

— Да, точно. Лиса назвала его последний опус «франкенкнигой», и теперь он грозит подать на нас иск в суд, если мы выпустим этот номер в продажу.

— Франкенкнига? – не веря своим ушам, повторяю я. – Она использовала это слово? То самое, которое я употребила на заседании редакции на прошлой неделе?

— Да.

Я не знаю, смеяться мне или возмущаться.

— Понятно, это совсем уж плохо. Ей надо было тщательнее выбирать слова. Но, думаю, если она может доказать, что он занимался плагиатом…

— Она не может этого доказать.