Книга Смертельная глубина, страница 81 – Уилл Дин

Мы стоим, Андре и я снова у ног, Джамбо у головы.

— Он бы скоро перестал работать в баке, – говорит Джамбо. – Из него получился бы неплохой суперинтендант, мне кажется. И даже со временем ночной суперинтендант.

— Я мог бы это вообразить, – добавляет Андре.

Джамбо берется за собачку молнии здоровой рукой и срывающимся голосом спрашивает нас:

— Кто-нибудь хочет что-нибудь сказать?

Андре скрещивает руки над пахом и смотрит себе на ступни.

Я качаю головой.

Джамбо кашляет, прикусывает верхнюю губу, прочищает горло, дергает челюстью и отвечает на собственный вопрос:

— Сильный водолаз.

Потом он застегивает мешок для тела.

— Подтверждаем, что гипербарическая спасательная шлюпка была очищена, обработана, запечатана и продута. Она готова к приему двух пар носилок. Отбой.

Мы смотрим друг на друга.

Джамбо смеется.

Андре хмурится.

— Простите, – говорит Джамбо. – Но это нелепо, признайте. Я был на войне на другом конце света, почти двадцать лет провел на насыщении, пару раз чуть не протягивал ноги, и тут вдруг такое.

— Никто бы не сказал, что профессия у нас скучная, – говорю я.

— Будете готовы через пять минут, ребята?

Я смотрю на парней и отвечаю:

— Так точно.

Мы не готовы. Мы эмоционально и физически раздавлены. Не ручным трудом в море – для нас это все равно что легкая прогулка по сравнению с тем, что происходит, – а постоянным давлением, гулом, влажностью, необходимостью оставаться стойкими в борьбе с невидимым врагом. Трое потерянных водолазов, запертых внутри. Угроза идет снаружи. Иначе и быть не может.

Любой другой вариант просто немыслим.

— Мы справимся, – говорит Джамбо. – Давайте приступим.

Мы встаем.

Я доверяю Джамбо и Андре.

— Сначала Лео, – говорит Андре.

Неужели я слишком наивна?

Ты не можешь им доверять.

О нет, только не сейчас. Надо глубоко подышать. Медленно посчитать.

Ты безумна, если веришь любому из них.

Я прикусываю губу, чтобы прекратить это.

Рубашка липнет к спине, к шее. Я открываю люк в мокрую камеру, а потом в проход. Поднимаюсь по трапу и протискиваюсь через закрытое пространство без естественного освещения к спасательной шлюпке. Вероятно, ее стоит переименовать. Я открываю люк и делаю глубокий вдох. Нелепая идея. Я ожидаю, что в новом помещении почувствую свежий воздух, но его здесь нет. Только тяжелый, переработанный, выдохнутый нами гелий. Десять баксов за вдох. Двенадцать за крик.

Если я буду подозревать любого из них, то потеряю самообладание.

Мне нужно сосредоточиться.

И успокоиться.

Я закрепляю канат на лебедке и дважды проверяю крепления. Затем кричу:

— Канат закреплен, все готово.

— Принято, – говорит суперинтендант. – Ребята, поднимайте первого, когда будете готовы.

Я жду.

Они поднимают уже сутки как мертвого Лео на носилки, нелепо перенося этот груз над и вокруг все еще теплого тела Майка, чтобы не уронить одного на другого. Отвратительная канитель. Они подносят его к люку. Вспоминается протокол и заученные навыки. Мы сто раз проходили учения. Они берут небольшую тряпочку, предназначенную для минимизации трения, и кладут на соединительный туннель между жилым помещением и мокрой камерой. Теперь один проскользнет туда, носилки подтолкнут, а потом пролезет второй водолаз. Мы делаем все это, а Джамбо ведь даже в воде в этот раз не побывал.