Книга Возвращение домой, страница 165 – Диана Мершери

Тону в соленом море.

— Кажется, это было далеко за полночь.

— Всего лишь часть плана, ничего личного, – мямлит дядя Егора, вздыхая. Несмотря на позднее время, на нем до сих пор официальный костюм. Видимо, мужчина не врет, что много работает.

— Какого плана? Что вы замышляете с моим отцом? Какие у вас с ним дела? – Кристина подается вперед, не боясь приблизиться к мошеннику.

Совсем страх потеряла.

— Я тоже ничего об этом не знаю, – Егор оборачивается, забывая про бумаги. – Ты мне ничего не говорил.

— У меня нет никаких нет дел с Багровым, с чего вы взяли? Такой же несговорчивый, как его дочь, – в недовольстве выдает Марсенков.

— Он не позволил вам вступить в альянс, потому что вы уже тогда помышляли грязными делишками, ведь так? – не удержавшись, спрашиваю. – У Багрова все официально, вплоть до ваты в медпункте. Зря вы затеяли все это, Беглов такому не обрадуется.

Мужчина поднимает голову, будто впервые видит меня. Кажется, он забыл, что я родственник второго основателя. Еще больше разозлившись, Марсенков кидает в племянника несколько неприятных ругательств.

— Послушайте, Никита. Каким образом вы закрыли нам въезд в страну? Для чего это все было нужно?

— Он просто хотел очернить имя отца Кристины с помощью фотосъемок, – кажется, Егор выдает секрет, потому что его дядя выпрямляется, кривя лицо. Племянник расхаживает по небольшой комнатушке, сжимая кулаки в непринятии ситуации. Кажется, парень зол на своего родственника. Только сейчас замечаю беспорядок вокруг. – А потом он бы забрал часть компании себе. Ты ведь всегда хотел быть в составе руководства «КиЛайн», – обращается к дяде.

Парень со злобой глядит на родственника после очередной порции ругательств в свой адрес.

Ну и семейка.

— Мечта детства? – усмехается Кристина. Слегка задеваю ее рукой, но это не помогает. – Вы оба – просто мстительные психи.

— Вы закрыли границы, как это возможно? – пытаюсь снизить градус напряжения в комнате, чтобы никто больше не нагнетал обстановку. Я чувствую, что эмоциональность всех троих утомляет, но мне нужны ответы.

— Границы невозможно закрыть, но у «КиЛайн» есть черный список пассажиров, который доступен всем авиакомпаниям, – спокойно делится Никита, размахивая рукой. – Те, кто в него попадает, не могут приобрести билеты.

Значит, Марсенков добавил в реестр наши с Кристиной фамилии, закрыв нам тем самым въезд в страну. А когда мой отец нанял агента, тут же убрал нас из перечня, и мы смогли купить билеты и вернуться домой.

— Браво! Да ты самый настоящий ублюдок, – произносит Кристина, хлопая в ладоши. – И после этого вы еще ждете помощи! Да пошли вы к черту!

Мы наконец покидаем неприятную комнатушку, в которой стало уже невозможно дышать, и, оглушаемые басами, выходим на свежий воздух.

Полина сообщает, что замерзла на холоде, и тут же начинает заваливать вопросами, выпытывая, почему ей нельзя работать в этом престижном клубе. Мы ведем себя, будто глухонемые, и только через какое-то время пути Кристина решается сказать:

— Прости, что врала, – поднимаю на нее глаза в зеркале, но девушка предпочитает говорить, отвернувшись к окну, не обращая ни на кого внимания. – Не хотела, чтобы ты знал про мошенников, ведь я была в их числе.

— О чем ты только думала?

— Ребят, я не понимаю сути, но вы уверены, что это надо обсуждать при мне?