Книга Котенок Шмыг, авария и полный мандарин!, страница 33 – Яна Лари

— Нормальный халат, — бросает она отворачиваясь. — Просто у кого-то ни стыда, ни совести! Ладно мне сказали, ты только на словах герой. Ты-то, подлец, чем думал?

Да не думал я! Сначала проучить хотел. Потом голой увидел, очнулся уже в койке.

Обидно донельзя. Она меня футболит, а я сразу поплыл, едва лишь поманила.

Оно и понятно. Рекламу мне братишка устроил то что надо. Удружил, собака.

— Убью придурка. — Срываюсь в коридор.

— Ну что ты психуешь? Из-за Антона, что ли? — Лезет мне под руку Лада и отбирает ботинок. — Слушай. Ну хочешь, вместе накажем его? Придумаем что-нибудь равноценное. Что ты опять жестишь? Подумаешь, импотентом назвал. Вот мне он реально свинью подложил!

Это я-то свинья?

Честное слово, мату в горле тесно! Я с трудом себя сдерживаю, хочется рвать и метать. За моей спиной сплошные заговоры, а я об этом всём опять ни сном, ни духом.

Особенно цепляет, что Лада нос воротит, зато как защищать Антона, так пожалуйста! Поблажки какие-то ему выпрашивает. После всего! Поэтому пру на неё злой, как чёрт.

— Да мне пофиг! Хоть всем иди расскажи, что я не смог. — Выхватываю у неё ботинок и швыряю, не глядя, куда-то вглубь прихожей. — Кстати, ты первая ко мне в трусы полезла! — С дурной улыбкой тычу ей пальцем в лоб.

— Ты что несёшь? — морщится Лада как от зубной боли. — Я же была уверена, что до постели дело не дойдёт!

— Угу, рассказывай, — ухмыляюсь нагло. — Так не хотела, что придушила галстуком на радостях.

— А кто накинулся на меня как маньяк?

— Да я тебя просто пожалел.

— Чего?

— Нет, ну ты же сама заладила: хочу не могу. Я и утешил голодную женщину.

— Голодную? — выдыхает она оскорблённо. — Знаешь что… Я в душ! И чтоб когда вернусь, тебя здесь не было.

— Отмойся там после меня хорошенько! — рычу, из принципа решив её дождаться.

В попытке унять раздражение брожу по квартире. Котёнок, пока мы с Ладой резвились, тоже времени зря не терял. Раздербанил пакеты и картошку, жучара, по всем углам раскатал. Чувствую, Гюнтер вернётся и выставит нас поганой метлой.

А всё равно заняться нечем, соберу. Пока иду на кухню искать подходящую тару, всё прокручиваю в уме выходку брата.

У меня к нему один вопрос — зачем?

Не себе же он присмотрел мою Ладу? Или, как стихнет хейт, начнёт её обхаживать? Тогда пардон. Нас с этой злючкой уже слишком много связывает.

А наказать его надо. И лучше так, чтоб на всю жизнь запомнилось. Над этим я ещё подумаю, пусть знает, гад, как сплетни распускать.

Остервенело порывшись в кухонных шкафах, наконец, нахожу пакеты для мусора.

— Чувствуй себя как дома, но не забывай, что ты в гостях, — обращаюсь к котёнку, который невозмутимо вылизывает лапу на подоконнике. — Хотя бы цветы не грызи.

Шмыг надменно фыркает, как бы намекая, что подчиняться мне — ниже его достоинства.

Пара минут ползания на коленях по полу, и картофельные клубни наконец собраны, а я весь в пыли, как та сука.

Где там Лада? В душ, что ли, к ней завалиться? Или дождаться в спальне?

Должно быть, она заперлась. Тогда второй вариант.

Горячие картинки разгоняют кровь. Но тут дверь в комнату внезапно открывается. Является Лада вся в трагическом образе и с горькой печалью вздыхает:

— Ты ещё здесь?

— А где мне быть? Или ты думаешь, раз мы переспали, то за свои косяки рассчиталась?