Книга Из глубин, страница 235 – Вера Камша

— Только то, что у вас, как и у любого грешника, есть выбор. Либо вы говорите, что за реликвии ищет Ракан, мне. Либо сообщаете это закатным кошкам, они, как известно, еще любопытней обычных.

— Меч Раканов… – выдавил из себя Тристрам. – Фердинанд отдал его Ворону.

Вот оно что! Клинок с лиловым камнем, осенние лилии, скрипки маэстро Гроссфихтенбаума, кричащие о неизбежности… За какими кошками Алве понадобились реквиемы? Деньги девать некуда было?!

Марсель Валме вытащил пистолет и аккуратно положил рядом с собой.

— Граф Тристрам, надеюсь, вы будете столь любезны, что после обеда расскажете мне о господине Ракане и его приятелях все, что знаете или хотя бы предполагаете. Хозяин, нам понадобится отдельная комната и шадди.

2

Разумеется, слуги ничего не знали, не видели и не слышали. Никого, хотя бы отдаленно напоминающего обитателя Лаик, ни Ричард, ни Валентин не опознали. Все караулы были на месте, гимнеты клялись, что видели только слуг и придворных, хотя Суза-Муза не подряжался ходить в оранжевых штанах и звенеть бубенцами.

— В конце концов, это становится глупым, – выразил общее мнение Дэвид Рокслей. – Не знаю, чего добивался этот мерзавец, но дураками он нас уже выставил.

— Формальный вызов… – виконт Мевен с подозрением глянул на люк, через который из кухонь в буфетную поднимали кушанья. – Только кому? Его величеству, кому-то из нас или же всем?

— Герцог Окделл как-то вызывал семерых, – Робер подмигнул нахохлившемуся Дикону, – а нас, если исключить ее высочество, шестеро. Граф не столь уж и смел.

— Я не видел дуэли одного и семи, – Мевен слегка поклонился Ричарду, – но бой четверых и одного четверых не украсил.

— Семерной дуэли не видел вообще никто, – вмешался разглядывавший натюрморты с дичью Придд, – потому что ее не было. Был бой семерых против двоих.

— Герцог Придд! – И кто только придумал, что Скалы спокойней Молний?

— Герцог Окделл? – на губах Придда играла любезная улыбка. – Вы хотели сказать, что если один превосходит четверых, то бой двоих и семи становится боем в худшем случае пяти и семи, что уже не требует особого мужества?

Робер как-то успел оказаться на пути Дикона и подхватить его под руку.

— Рокслей, Мевен… – Вот только оскорблений действием нам тут для полного счастья не хватало, то-то Медуза возрадуется! – Слуги ничего не видели, но что-то могли заметить гимнеты. Герцог Придд, я могу вас попросить описать караульным ваших однокорытников? Возможно, кто-то из них был здесь.

— Да, монсеньор, – Рокслей все понял и понял правильно. – Герцог Придд, мы будем вам весьма признательны.

— Разумеется, я пойду с вами и исполню свой долг, – слегка поклонился Придд. – Герцог Эпинэ, я всегда к вашим услугам. Герцог Окделл, я ошибался, меня подвела память. Это был бой не двоих, а полутора.

Дикон дернулся, но Робер с силой сжал локоть оскорбленного эория.

— Герцог Окделл, я хотел бы, чтоб вы оказали такую же услугу Карвалю и мне!

Мевен с Рокслеем уже взяли Придда в клещи, Спрут не сопротивлялся, зачем? Если Дикон не выдержит и нарушит эдикт, виноват будет он и только он. Валентин окажется оскорбленной стороной, ведь он не произнес ничего предосудительного. Повелитель Волн просто рассуждал о поединках.

— Это он, – бросился в бой Дикон, едва закрылась дверь, – Спрут! Граф Медуза… Он ведь в Лаик графом был.