Онлайн книга «Из глубин»
|
Эсператистская Академия имела несколько формально светских факультетов, чьи выпускники незамедлительно получали должности в государственном аппарате, что тоже составляло часть политики. Немудрено, что после воцарения Франциска и его конфронтации с Агарисом церковным выученикам пришлось добровольно – или же не совсем – расстаться со своими местами, а то и покинуть Талиг. И вот тут политика напрямую сошлась с образованием – на науку как таковую у нового короля поначалу не хватало ни времени, ни ресурсов. Доподлинно неизвестно, было ли решение Франциска объявить себя именем святого Адриана главой новой олларианской церкви «домашней заготовкой» или же блестящей импровизацией, но Оллар это сделал, одним махом прибрав к рукам не только многочисленные монастыри со всем их имуществом, но и эсператистские учебные заведения, включая нохскую Академию, которая стала именоваться Олларианской. Принявшим по тем или иным причинам сторону победителя богословам было поручено в кратчайшие сроки перевести Эсператию и тексты богослужений на современный язык и сделать короткий, понятный и работающий на утверждение новой власти пересказ священной истории. Умело сочетая кнут и пряник, Франциск переманил на свою сторону значительное количество церковных грамотеев – и для начала этим и ограничился, занявшись строительством своего государства. Минуло несколько лет, и более или менее окрепший Талиг столкнулся с возрастающей нехваткой грамотных специалистов. Быстро набрать таковых не выходило: ресурсы Талигойи были исчерпаны, оставалось в кратчайшие сроки наладить обучение нужных людей, приняв за образец имевшиеся в соседних странах университеты. Правда, те находились под сильнейшим влиянием церкви, и предпочитающий идти собственной дорогой Франциск решительно разделил науки на светские и духовные и уравнял их в правах, запретив любое взаимное вмешательство. Олларианской академии оставили исключительно религиозную тематику, к которой отнесли и новую иконопись, включая получение необходимых для этого красок. Из ведения церкви были изъяты астрология, история, философия и магия как теоретическая, так и прикладная. Следующим шагом стало учреждение Королевского университета и провинциальных Школ высших наук, в которых изучали медицину, право, финансы и дисциплины, которые для удобства назовем техническими. Будь жив Рамиро Алва, образованием в Талиге наверняка бы занялись алвасетские ученые, но Рамиро Второй был еще ребенком, а наместник Алвасете, хоть и поддерживал Франциска во исполнение воли покойного соберано, не спешил открывать Кэналлоа для талигойцев. Кроме того, кэналлийские ученые зачастую владели агирнэ лучше, чем талиг, а религию Ожидания в любой ее форме воспринимали довольно скептически, что не устраивало уже короля. В итоге Франциск обратился к Фелипе Рафиано (362 К.М. – 34 К.С.), с которым встречался в юности при марагонском дворе. Фелипе, младший брат правителя существовавшего тогда герцогства Рафиан, снискал себе славу серьезного мыслителя, но при этом (или же вследствие этого) нажил себе врагов в орденах Чистоты, Домашнего Очага и Истины. Это грозило серьезными неприятностями, так что приглашение Оллара решало сразу несколько проблем. Фелипе тайно выехал в Талиг и имел длительную беседу с Франциском, в результате которой король пересмотрел свои первоначальные планы и согласился с тем, что помимо учебных заведений Талигу нужна фундаментальная наука. С наукой король поступил так же, как с церковью: учредил Королевскую академию, назначив себя ее бессменным главой, а ректором – Фелипе Рафиано, которому и поручил написать академический устав и уточнить университетский. Это было сделано быстро, поскольку Рафиано уже давно размышлял о собственной академии и примерно представлял, с чего следует начинать. Чтобы не навлекать неприятностей на родное герцогство, ученый разыграл ссору с братом на религиозной почве, перешел в олларианство и принял талигойское подданство, а заодно и графский титул. Фелипе Рафиано возглавлял Королевскую академию до самой смерти и был похоронен в Олларии в часовне Академии. |