Книга Мама на замену, страница 72 – Варя Нуан

Воздух застревает в легких. В висках начинает стучать частая горячая кровь.

— Что ответил отец?

— Сказал: «Это не твое дело». А потом добавил: «Она настоящая. Таких женщин на стройках не встретишь».

— Твой отец имеет право на личные мысли.

— Он боится спугнуть вас. Ходит вокруг на цыпочках, боится лишнее слово брякнуть, лишь бы вы не бросили занятия до срока.

— Это правильная профессиональная позиция заказчика.

— Вы заладили: профессиональная, заказчик, регламент… — Никита тяжело вздыхает, откидываясь на спинку стула. — Я сказал ему в субботу: если вы будете вместе после всей этой школьной параши, я орать не стану.

В комнате воцаряется гулкая, плотная тишина. Слышно мерный стук секундной стрелки моих наручных часов.

— Ты сказал это отцу?

— Сказал. У костра, когда мясо доедали. Поставил одно условие: мамой вас звать не буду, новой хозяйкой в квартире делать не надо. Мать у меня была одна, свалила в Майами, хрен с ней. А отец мужик взрослый, пусть живет с кем хочет. Лишь бы не врал.

Смотрю на его вытянувшееся, угловатое лицо. Мальчик вырос за эти два месяца сильнее, чем за предыдущие три года. Принял удар. Переварил предательство матери. Простил отцу проклятый подпол у бабки. Стал на ноги.

— Спасибо за честность, Никита. Но между мной и твоим отцом ничего нет.

— Пиздите вы оба, Вера Сергеевна. У вас глаза горят одинаково, когда вы в коридоре сталкиваетесь.

— Следи за языком. Восьмой номер. Наклонная призма.

Никита усмехается уголком рта, берет карандаш, начинает чертить параллелограмм основания.

Мы работаем следующие полчаса в плотном, рабочем ритме. Никаких сбоев. Логика щелкает, формулы ложатся в алгоритмы. Парень готов к срезу. База девятого класса освоена полностью. Он выдержит напор комиссии.

В пять часов ровно в коридоре мягко щелкает замок входной двери.

Тяжелые шаги по паркету. Шорох снимаемой куртки. Запах морозного воздуха, сырой шерсти и терпкого кедра врывается в квартиру.

Илья вернулся.

Никита дописывает ответ, ставит точку:

— Получилось сорок восемь квадратных сантиметров.

— Верно. На сегодня урок закончен.

Закрываю синюю папку. Защелкиваю замок портфеля. Поднимаюсь со стула, натягивая пальто на плечи. Застегиваю пуговицы до самого ворота.

Выхожу в коридор.

Илья стоит у противоположной стены в холле. На нем темно-синий свитер крупной вязки, джинсы испачканы на колене сухой глиной. Щетина сбрита, волосы влажные после улицы. Он не делает шага навстречу. Стоит ровно в двух метрах от меня, засунув руки в карманы.

Его темно-карие глаза находят мое лицо.

Воздух моментально становится густым, раскаленным. Взгляд мужчины скользит по моим губам, падает на шею, ощупывает грудь под плотным шерстяным пальто, задерживается на бедрах. В глазах плещется голодный, с трудом сдерживаемый огонь. Он помнит каждую секунду нашей близости у стены вагончика. Помнит судорогу моих бедер, вкус моих губ, влажный шелк белья под пальцами. Тело отзывается предательским, тягучим жаром внизу живота. Дыхание перехватывает.

— Добрый вечер, Вера Сергеевна.

Голос низкий, с хриплым рокотом, вибрирует прямо в диафрагму.

— Добрый вечер, Илья Владимирович.

— Как успехи?

— Пространственные фигуры усвоены. Никита готов к аттестации.

— Спасибо вам.

— Это результат вашей совместной работы в субботу. Вы отлично справились с объяснением проекций.