Книга Боевая целительница в Академии. Книга 2, страница 11 – Виктория Рэд Харт

— Ну и дела! Ко мне в клетку подкинули не просто лекарку, а бабку с яйцами из другого мира! И что мне теперь с тобой делать?

— Я же предложила: работать вместе, — пожала я плечами. — Ты местный, знаешь расклады. Я умею лечить и немного шарю в людях. Давай придумаем, как на этом заработать, и перестанем жрать сухари у реки.

Руди достал из кармана вторую буханку, разломил и половину протянул мне.

— Ладно, — хмыкнул он. — Допустим, я поверил. Тогда объясни, умная ты моя, что делать с тем пацаном? Идти туда завтра или сваливать, пока не подхватили заразу?

— Идти, — ответила я, принимая хлеб. — Во-первых, я обещала. Во-вторых, если он умрет, а мы не попробовали помочь, то совесть потом грызть будет. В-третьих, если вылечим, то у нас будут деньги и, возможно, благодарные клиенты. А в-четвертых... — я усмехнулась, — я сорок лет работала с заразными больными и редко заражалась, потому что знаю технику безопасности. Маски, мытье рук, проветривание. Научу тебя. Не помрешь.

— А если твоя магия не сработает? — прищурился он.

— Значит, будем думать дальше, — отрезала я. — Я привыкла решать проблемы по мере их поступления. Пациент есть — надо работать. А бояться и ныть — это не ко мне.

Руди покачал головой, но в глазах у него появилось что-то похожее на уважение.

— Ладно, — проворчал он. — Завтра пойдем. А сейчас жри давай и отдыхай. Завтра тяжёлый день будет.

Я откусила хлеб и улыбнулась своим мыслям: «Ну что ж, похоже, мы договорились. Старый битый маг и старая битая медсестра в детском теле. Определенно, это будет веселая команда».

На следующий день я подлечила мальчика. Не чудом, конечно, — пневмонию за день не вылечишь даже магией. Но температура спала, кашель стал влажным и продуктивным, а мальчишка впервые за месяц стал румянее. Мать рыдала и рвалась отдать последнее.

Последнего у них нашлось немного. Десять медяков, краюха хлеба, старая, но чистая рубаха, которая мне оказалась велика размера на три, да пара луковиц.

— Берите всё, — всхлипывала женщина. — Люди добрые, берите, я ж всю жизнь молиться буду...

Руди поморщился, но добро взял.

А потом, когда мы уже выходили, женщина вдруг схватила его за рукав:

— Погодите! Я ж соседям расскажу! У нас тут Марфа с дочкой мается, третью неделю девочка не встает, и кузнец, у него нога загноилась, и старая Агата совсем плоха...

— Хорошо, но только проверенным рассказывай! — рявкнул Руди, но, похоже, уже поздно.

На следующий день, когда мы снова пришли к мальчику, у входа нас уже ждали. Человек пять. Кто с надеждой, кто с любопытством, а кто и с подозрением.

— Слышал я, лекарь тут появился, — прогудел мужик с перевязанной рукой. — Задешево лечит. Ну-ка, глянь мою руку.

Я внутренне вздохнула. Началось.

Я работала быстро, четко, по-медицински: гнойную рану промыла (хорошо, что в доме нашелся спирт), обработала, наложила повязку, велела прийти завтра. Девчонку с аллергической сыпью осмотрела, полечила магией и рассказала, что это реакция на какую-то еду, посоветовала подумать, что необычного ели, и больше такого девочке не давать. Старухе с больными суставами просто подержала руки, магия сама потекла, облегчая боль.

К вечеру четвертого дня у дома первого пациента, импровизированного «приёмного покоя», собиралось уже человек по десять. Я работала, как заведенная, Руди стоял на стреме и отгонял совсем уж настырных.