Книга Бескрайнее темное море. Том 2, страница 114 – Моргана Маро

— Неужели оно того стоило? – пробормотал заклинатель.

— Тебе идут украшения.

Фан Лао промолчал. Цин Вэнь не спеша снял с него кольца, браслеты, ожерелье и наконец тяжелую корону, от веса которой затекла шея. Облегченно выдохнув, заклинатель снял церемониальную накидку и ступил босыми ногами на мягкий ковер, укрывающий пол.

— Значит, теперь мы названые братья? – поинтересовался Фан Лао, вынимая спицы из волос, что черным водопадом посыпались по плечам и спине.

— Ты не особо этому противишься, – заметил Цин Вэнь, не спеша раздеваясь. – Роль наставника уже успела надоесть?

Заклинатель не торопился с ответом, подошел к столу и положил на него заколки.

— Ты можешь сильно пожалеть в будущем, – негромко ответил Фан Лао, опустив глаза. – Я боюсь, ты разочаруешься во мне.

— У меня было достаточно времени, чтобы узнать тебя.

Фан Лао плотно сжал губы, и меж его бровями залегла складка.

— Если бы названый брат был и у моего отца… возможно, он был бы еще жив.

Нахмурившись, принц усадил заклинателя на кровать и, сев рядом, тихо спросил:

— Расскажи, что произошло?

Фан Лао отвел взгляд. Он молчал долго, прежде чем тяжело вздохнуть и наконец заговорить:

— Отец подобрал меня, когда мне было всего несколько месяцев, и очень долго мы путешествовали по Поднебесной вместе. Когда отец меня приютил, ему не было и семнадцати, а он уже лишился дома и поддержки семьи. Но мы жили, я даже не помню, чтобы голодали. Но все ведь не может быть так просто?

Фан Лао горько усмехнулся, стараясь не смотреть на Цин Вэня.

— Мой отец был красив – настолько, что некоторые знатные дамы обещали подарить ему поместье, лишь бы он остался с ними. А потом… отца похитили. Им заинтересовался один господин, который несколько раз пытался позвать его к себе на службу, но, получив отказ, забрал силой. Мне было девять, и все, что я мог, – это пробраться в дом того господина и попытаться вызволить отца, но меня поймали.

Заклинатель замолчал, закрыв глаза и собираясь с духом. Цин Вэнь не торопил его, чувствуя, как все в груди тяжелеет. Он догадывался, что произошло дальше, и все равно слышать это было больно. Принц будто бы сам переживал все это.

— Нас держали в подсобке, – вновь заговорил Фан Лао. – Отца каждый раз привязывали цепью к полу, словно собаку, а меня били, чтобы я не мог сбежать. Если отец отказывался выполнять требования того господина, то мне ломали пальцы, порой руки и ноги. Это было всего несколько раз, вскоре отец уже не сопротивлялся. А потом, зимой, отец очень сильно заболел. Он постоянно кашлял кровью и не мог даже встать, а тот господин уже нашел новое занятие и забыл о нас. В одну из ночей отец умер, но ни на следующий день, ни после так никто и не пришел. Видимо, они думали, что я умру тоже, но отец запретил мне умирать. Сказал, что я должен во что бы то ни стало выжить.

Фан Лао с такой силой прикусил нижнюю губу, что по его подбородку потекла капля крови, но он не заметил. Его взгляд, устремленный в пустоту, пылал от давней боли и обиды, от злости, способной все сжечь.

Цин Вэнь заметил, как тени в шатре сгустились, словно вокруг собрались безмолвные призраки. Откуда-то дыхнуло холодом.

— Когда они поняли, что я не мертв, тот господин велел убить меня. Мне сломали руки и ноги, перерезали сухожилия, а после попытались прикончить…