Книга Возвращение домой, страница 140 – Джон Соул

Теперь Костас ощутил жжение в лодыжках. Он посмотрел вниз и увидел тысячи муравьев, покрывавших его обувь и исчезавших под брюками.

Задыхаясь от шока и боли, Костас принялся колотить ладонями по брюкам и попытался еще раз встать.

И тут он услышал жужжание.

Вначале едва различимое, оно становилось все громче и громче.

Пока Вик разобрался, что звук идет из пещеры, пчелы уже окружили его плотной тучей, садясь на лицо, руки, шею, атакуя каждый дюйм открытой кожи.

Как только одна из них улетала, оставляя свое жало в коже, ее место занимала другая пчела.

Вик кричал от боли и размахивал руками, пытаясь защититься от пчел. Наконец, шатаясь, он побрел к ручью, где вода, если она достаточно глубока, могла защитить его от пчел и смягчить жгучую агонию, которая быстро его охватывала.

До воды оставалось всего два шага, когда он рухнул на землю. Пару минут он лежал в пыли, содрогаясь, как змея с перебитым позвоночником, издавая слабые стоны и борясь с быстро усиливающимся удушьем.

Он разодрал шею ногтями, когда наступил спазм глотки, бился в конвульсиях, борясь за каждый вздох, но через несколько секунд стал падать в темную бездну.

В бездну, где больше не чувствовал жала насекомых, которые все еще продолжали атаковать его.

Как только его сердце остановилось, пчелы исчезли.

Но теперь появились муравьи, покинув свои подземные гнезда, они плотной пеленой покрыли труп, начав очищать кости от плоти.

Прилетели мухи, откладывая яйца, которые скоро превратятся в червей и начнут пожирать внутренности и мозги Вика Костаса.

Через несколько часов труп Вика Костаса, так же как ранее труп Дон Сандерсон, почти исчезнет, останется только несколько костей на дне долины, которые послужат жалкой пищей стервятникам, уже кружившимся в воздухе. А потом появятся койоты и растащат кости по холмам, окружающим долину.

У входа в пещеру Джули Спеллман наблюдала за смертью Вика Костаса, а потом повернулась и медленно вошла в прохладу, подчиняясь приказу силы, поселившейся в ней, так же как пчелы и муравьи подчинялись, когда они набросились на старого грека и послужили причиной его внезапного болезненного конца.

Такого страха Сара Маклолен не испытывала никогда в жизни.

Она находилась в отдельной палате в больнице Сан-Луиса. В отдельной палате с телевизором, который могла смотреть сколько угодно.

До сегодняшнего утра таким было представление Сары о райской жизни.

Но, проснувшись сегодня утром, она чувствовала себя отвратительно — все тело мучительно зудело, и сколько бы она ни чесалась, это не помогало. Ничто не действовало на этот жгучий неприятный зуд, ни каламиновый лосьон, который она попробовала, ни мазь от солнечных ожогов и ничто другое.

Большую часть дня она дрожала в лихорадке, похожей на ту, что у нее была десять лет назад, когда чуть не умерла от скарлатины.

А недавно что-то странное случилось с желудком, начались тяжелые приступы тошноты, казалось, что ее сейчас же вырвет прямо в постель или она вообще потеряет сознание.

Но сколько бы ни пыталась, она ничего не могла рассказать о своем самочувствии врачам или медсестрам.

Сара в уме репетировала свой рассказ, беззвучно повторяя его про себя, прежде чем говорить. Но каждый раз, когда открывала рот, казалось, говорил кто-то другой, неизвестный, завладевший ее телом.