Книга Возвращение домой, страница 60 – Джон Соул

Прежде чем Отто ответил, Хендерсон открыл дверь.

Тяжелый запах дезинфицирующего вещества стал сильнее.

В задней комнате не было света, и, когда дверь бесшумно открылась, он увидел, что это была не Джули. Это была незнакомая Оуэну девушка, но тоже с длинными темными волосами.

Волосы были распущены, свисая почти до талии.

Она была подвешена у задней стены на толстой веревке, привязанной к балке на потолке и обмотанной вокруг ее запястий. Кисти ее рук, потемневшие и раздувшиеся, были поражены гангреной еще до того, как она умерла. Своим темнокрасным цветом они контрастировали с белым цветом ее обескровленных плеч.

Грудь девушки была пробита толстым металлическим прутком, который буквально пригвоздил ее к деревянной балке в стене дома.

Ее голова была опущена, как будто она смотрела в пол, но Отто мог различить черты ее лица.

Она была того же возраста, что и Джули.

Отто не имел представления, как давно умерла девушка или как она была убита. Он мог только надеяться, что она умерла прежде, чем Карл Хендерсон пригвоздил ее к стене таким же образом, как прикалывал тысячи насекомых в своей коллекции.

В отличие от насекомых, которые хранились в его коллекции в идеальном порядке, тело девушки было в ужасном состоянии.

Тысячи муравьев, покрывавших тело, продолжали пожирать ее.

Ее ноги, не достававшие до пола всего несколько дюймов, были почти лишены плоти, а кости ступней держались только на сухожилиях.

Ее живот был вздут, и тело в полуразложившемся состоянии пожиралось не только муравьями, но и червями. Отто смотрел на эту чудовищную фигуру, не находя слов от ужаса.

— Я скоро уберу ее отсюда, — услышал он слова Хендерсона. — Но на ее место найдутся другие девушки. Если не Джули, то какая-нибудь другая.

Пораженный невероятностью происходящего, Отто беспомощно молчал и наконец вымолвил:

— Почему?

Глаза Карла Хендерсона потемнели от маниакальной ярости, все его тело дрожало. Стиснув зубы и не сводя безумного взгляда с трупа девушки, он сказал:

— Я ни в чем не виноват, это их облик, со мной что-то происходит, когда я их вижу, и я не могу… — Внезапно замолчав, он посмотрел на Отто. — Просто я хочу, чтобы они испытали то, что испытаешь ты сейчас, Отто.

Хендерсон выбежал из комнаты, выключил свет и захлопнул за собой дверь.

Отто попытался выскочить за ним следом, но было слишком поздно. Оставшись в полной темноте, он услышал скрежет запираемого замка.

Хендерсон испытывал острое наслаждение, вспоминая выражение глаз Отто, когда он закрывал дверь, оставляя старика в комнате, где он хранил свои самые ценные экспонаты.

Это было выражение непередаваемого ужаса, Отто понимал, что обречен на смерть. Карлу очень хотелось понаблюдать за Отто еще несколько минут или часов, в течение которых наступит смерть. Но, к сожалению, это было невозможно.

Тогда ему пришлось бы оставить свет в комнате, но Карл всегда лишал своих жертв света.

Он уже давно усвоил, что страх его жертв был намного интенсивнее, если они не могли видеть, что происходит с ними, их воображение делало агонию смерти еще более чудовищной, чем те пытки, которые он для них изобретал.

Карл сожалел, что не может продлить страдания Оуэна, как ему этого хотелось.

Его последняя жертва, которая еще сейчас была пригвождена к подвальной стене, умирала несколько дней, хотя и обезумела в первую же ночь.