Книга Детективы с кладбища на 13-й Аллее, страница 55 – Арабелла Грим

— Лингвини аль лимоне. И хорошо охлажденное ламбруско, – объявил он и поставил бутылку в маленький винтажный холодильник рядом с открытой банкой варенья и двумя одинокими йогуртами.

— Я могу помочь?

Вместо ответа Саша бросил ей лимон. Элоиза поймала его на лету, улыбаясь так, будто этот внезапный жест был древней кухонной тайной.

Они устроились рядом за деревянным столом, вооружившись овощечистками. Лимонная цедра легко слетала тонкими завитками, а в воздухе разливался аромат сушеных трав.

Эта сцена была почти мирной. Почти идеальной. Пока не раздались два удара.

Тук. Тук.

— Что это было? – прошептала Элоиза, замерев над салатницей.

— Что? Бульон кипит?

— Кто-то постучал.

Саша прищурился и покачал головой.

— Я ничего не слышал.

С колотящимся сердцем Элоиза пересекла комнату и осторожно открыла тяжелую дверь. Она надеялась увидеть Адриена и одновременно боялась, что он неправильно поймет присутствие Саши.

Она посмотрела направо, налево, насколько ночь позволяла видеть, но за дверью никого не было. Только могилы и деревья, чуть покачивающиеся под тихим дыханием ветра.

— Ты прав, – пробормотала она, закрывая дверь. – Там никого нет.

— Что с тобой сегодня? – обеспокоенно спросил Саша. – Я же вижу, что ты сама не своя.

Больше всего на свете Саша боялся не заметить чужую боль. Ему хотелось спасти всех. Возможно, это желание отчасти шло из потребности искупить свою вину перед Джоанной, ведь, даже несмотря на то, что он шел по жизни прямо, не сворачивая и не впадая в притворную скромность, какая-то его часть навсегда осталась в больничной палате сестры. Он, конечно, об этом не говорил, но это слышалось даже в его молчании.

— Просто сейчас тяжелое время, – ответила Элоиза. – Сначала бабушка, потом Элиз. Слишком много потерь подряд. Единственное, что помогает мне держаться, – это расследование. Мне кажется, оно приближает меня к Арабелле, она ведь тоже обожала раскрывать тайны. Проблема в том, что я всего лишь обычный человек с очень ограниченными возможностями.

— Ты совсем не обычный человек, – мягко сказал Саша. – Ты потрясающая. Просто сама этого не понимаешь.

— Это мило, но неправда, – грустно ответила она, думая об отказе Адриена. – Я застенчивая, странная, бледная как привидение, и одеваюсь так, будто умерла в девятнадцатом веке. Поверь, люди скорее бегут от меня, чем тянутся ко мне.

— Те, кто бегут, – идиоты. Меня ты не пугаешь.

— Это пока!

Паста была готова. Саша щедро наполнил две тарелки, разлил по бокалам игристое вино и сел рядом с ней на диван.

— Это просто убийственно вкусно! – воскликнула она, проглотив огромную порцию. – Ты не врал: ты бог кухни!

Саша улыбнулся, польщенный и немного смущенный. Его светлые глаза встретились с ее взглядом. Он чокнулся с ней бокалом.

— За учебу… – сказал он и сделал глоток, чтобы прочистить горло и скрыть легкое волнение.

Между ними воцарилась уютная тишина, которую нарушал только стук вилок о тарелки. Вино слегка согревало щеки, а мягкая, приглушенная атмосфера приятно контрастировала с холодом за дверью.

— Знаешь, – продолжил он, подцепив вилкой последний кусочек, – я пришел не только для того, чтобы тебя накормить.

Элоиза вопросительно приподняла бровь, явно заинтригованная.

— Правда? А для чего еще? У тебя тайная миссия?