Книга Детективы с кладбища на 13-й Аллее, страница 91 – Арабелла Грим

Она тепло улыбнулась и присела на корточки рядом с Гонзагом, который выглядел как рэпер-дальтоник в своей ярко-розовой куртке и массивном ошейнике с золотистыми звеньями.

— Ну до чего же ты стильный парень, – прошептала она ему на ухо.

— Ты придешь сегодня на нашу встречу? – спросила Элоиза. – Мы собираемся через пятнадцать минут.

— Конечно. Пойдем вместе.

Они направились к мавзолею.

Перед дверью уже собралась почти вся веселая компания детективов с кладбища на 13-й Аллее. Не хватало только Романы и Лены. Все переминались с ноги на ногу, пытаясь согреться. Элоиза окинула взглядом собравшихся и удивленно нахмурилась.

— Лена не могла вас впустить?

— Она разговаривает по телефону. Сказала, что присоединится, как только освободится, – ответил Папа Но и вздохнул так, словно весь мир рухнул.

Неужели он до сих пор не понял, что Лену не интересуют мужчины? Элоиза пожала плечами. В конце концов, это не ее дело.

Она открыла дверь и пригласила всех внутрь. Каждый без слов занял свое привычное место, будто невидимый режиссер заранее расставил участников этой сцены.

Андреа плюхнулась в зеленое бархатное кресло, когда-то роскошное, а теперь украшенное длинными царапинами, оставшимися со времен бурной молодости Гонзага. Арман устроился на деревянном стуле, который считал «полезным для осанки и ясности мысли». Мария с облегчением опустилась на мягкий диван, оставив рядом место для Лены. Папа Но занял соседний подлокотник. А сама Элоиза уселась по-турецки прямо на потертый ковер рядом с Бетти.

Небольшая компания образовала круг, и глядя на них – таких разных, но объединенных желанием узнать правду о смерти своей подруги, – Элоиза вдруг ощутила прилив нежности. Под влиянием этого чувства, неожиданного даже для нее самой, она решилась предложить нечто необычное.

— Если кто-то из вас останется в одиночестве двадцать четвертого декабря… мы могли бы встретить Рождество вместе, – сказала она немного хриплым голосом.

Она опустила взгляд и машинально провела пальцем по потертой поверхности журнального столика, рисуя невидимый узор.

— Я собиралась праздновать с Элиз, Леной… и, конечно, с Арабеллой. Но теперь нас осталось только двое, – тихо добавила она, стараясь скрыть боль за нарочито небрежным тоном.

На ее приглашение ответила неловкая тишина – одна из тех, что полны невысказанных намеков, когда каждый лихорадочно перебирает в голове подходящее оправдание или слова утешения.

— Прости, моя хорошая, – мягко сказала Мария, накрывая ее руку своей. – В этот вечер я дежурю в приюте. Для наших подопечных это очень важно. Ты ведь понимаешь?

Элоиза кивнула с застывшей улыбкой на губах.

— Я вообще не праздную Рождество. Для меня это обычный день, – спокойно произнес Арман.

По комнате прокатился удивленный ропот.

— А я буду с девочками, – сказала Андреа. – Пообещала, что в этом году мы проведем праздник только втроем.

— А у меня свидание с одной цыпочкой, – заявил Папа Но. – Надо же кому-то поместить младенца Иисуса в…

— Понятно, – перебила его Элоиза.

Да, она понимала. Но все равно почувствовала легкий укол разочарования, маленькую трещину в той стене спокойствия, которую так старательно возводила вокруг себя.

— Если честно, я тоже не собираюсь отмечать Рождество в этом году, – вздохнула Бетти. – Не хочется. И сил нет.