Книга Причём здесь любовь, страница 30 – Сара Лис

«Я тебя обожаю!» — прошептала я ему на ухо.

Витя резко повернулся... и мои губы скользнули по его щеке.

Он замер.

Затем неожиданно чмокнул меня в губы — лёгкий, влажный, вроде бы случайный поцелуй. Но... в нём было что-то новое.

Мы могли по-дружески целоваться в лоб, в щёки, даже в губы — по-детски, невинно. Но этот мимолётный контакт вдруг окрасился совершенно иным оттенком.

Его взгляд на мгновение потемнел, стал голодным, жадным.

Я застыла, не понимая, что только что произошло.

Будто в привычной двери внезапно открылось окошко, и оттуда на меня сверкнул хищный звериный глаз.

— Ты чего, Малибу? Оцепенела? — Витя щёлкнул пальцами перед моим носом. — Я, конечно, чертовски хорош, но не настолько же. Или… — он наклонился, — тебя нужно расколдовать вторым поцелуем?

Он снова чмокнул меня — уже по-старому, по-братски.

— Куликов, мы вам не мешаем?

Мы дёрнулись. В аудитории стояла гробовая тишина. В центре зала преподавательница биохимии, доктор наук с ледяным взглядом, наблюдала за нами.

— Университету уже давно известно о ваших... страстных отношениях с Малининой, — её голос обдавал холодом. — Но, может, хватит демонстрировать их посреди моего занятия?

Биохимия — сложный предмет и очень интересный. Преподавательница — такая же. Не хочется создавать себе трудностей.

— Простите, — Витя мгновенно включил режим милого озорника, — у моей Лены стресс. Это я её привожу в чувство.

Я почувствовала, как покраснела — от кончиков ушей до кончиков волос.

Преподавательница взглянула на меня:

— Лена, у вас что-то произошло?

— Д... ДТП, — пробормотала я. — Но ничего серьёзного.

— Вам нужна помощь? Воды? Если вам нехорошо, можете уйти.

Я затрясла головой, мысленно проклиная Куликова.

— Всё в порядке. Я останусь.

Остаток пары я провела, уткнувшись в конспект, но краем глаза следила за Витей.

Он невозмутимо записывал лекцию, изредка скроллил что-то в телефоне. Совершенно обычное поведение.

«Наверное, показалось», — подумала я.

Это же Куликов — мастер розыгрышей. Просто довёл сцену до абсурда, чтобы поставить меня в неловкое положение. После пары получит за подставу.

Между парами Ира подняла тему, о которой я и думать забыла после происшествия на дороге:

— Вы не в курсе, что с Наилем? Как он, расписной, наверное? Ни его, ни Эмилии не видно.

Никто не знал, как у него дела. Но, видимо, он лицом хорош, раз не явился в институт.

* * *

Тренировка началась как обычно, если не считать ядовитых взглядов Аньки. Мафусаил специально поставил её на противоположную сторону сетки — старый трюк, чтобы разжечь соревновательный дух. Петя, как всегда, был гениален в своей простоте.

Я сразу поняла, когда явился Куликов. Не по звуку шагов или голосу — по тому, как Анька вдруг начала пропускать мячи. Её обычная собранность испарилась. Вместо чётких атак — рассеянные движения и частые взгляды куда-то за мою спину.

Интересно, как бы я себя вела при Жене?

Моя подача.

Развернувшись, я увидела Витьку — прислонившегося к дверному косяку со сногсшибающей ухмылкой. Супермачо, етить… Два пальца к губам — и воздушный поцелуй в мою сторону.

Я ответила тем же, зеркально.

Мяч в руках — знакомый вес, чуть шершавая поверхность. Глубокий вдох. Дриблинг, поиск ритма. Подбросила выше обычного — планерная подача, чтобы сбить с толку. Шаг, толчок, взлёт… Удар!