Книга Причём здесь любовь, страница 29 – Сара Лис

От нежности не осталось и следа. Его дыхание стало отрывистым, тёмным; руки — сильными, уверенными, без тени сомнений. Между лаской и приказом пролетел миг — и мы оказались по другую сторону.

— Гестапо, блин… — вырвалось у меня, но протест утонул в волне возбуждения.

Он вошёл резко — без прелюдий, без защиты. Один толчок — и я вскрикнула, впиваясь пальцами в обои. Горячее тело навалилось сильнее, прижимая меня к стене, пришпиливая словно бабочку.

Он не спросил. И не остановился. И я — тоже.

Его член пульсировал внутри меня, а руки до боли сжимали бёдра.

Дальше были лишь обрывки ощущений: стена под ладонями, тёплый вес его тела, рваные слова у уха, волна, накрывшая нас обоих. И тишина после.

— Прости, — наконец произнёс он, проводя рукой по моим волосам. — Я перегнул.

Я лишь кивнула, всё ещё не в силах говорить.

— Идём, — сказал он глухо. — Тебе нужно в душ.

Вода обжигающе горячей струёй ударила по спине, но я даже не вздрогнула. Стояла, подставив лопатки колким струям, и пыталась осмыслить произошедшее. Мысли скакали, как зайцы.

Женя… Он совершенно потерял контроль.

Это было чертовски приятно. Но вместе с тем — эгоистично.

Безопасность. Её не было. Он не обсудил, не предложил — просто сделал, как хотел. Допустим, он чист… Инфекции, анализы, презервативы — всё это промелькнуло в голове и тут же утонуло в накрывших ощущениях.

Утром Женя зашёл в аптеку и вернулся с водой и таблетками. Я проглотила их, а потом заметила вмятину на капоте.

— Блин… — сердце упало. Если родители увидят — мне конец. Права можно будет выкидывать.

Придётся выкручиваться.

Я парковалась у университета под насмешки Вити. Куликов в итоге уселся рядом и принялся командовать:

— Малибу, ты и автомобиль — настоящее оружие массового поражения! Особенно на парковке. Вот честно — умереть можно: или от страха, или от смеха.

— Хватит зубоскалить! — зашипела я. — Мне и так страшно. Я вчера мужика сбила — до сих пор трясёт!

— В каком смысле сбила? — Витя замер.

В прямом. Этот дебил вывалился на дорогу будто из ниоткуда, в кромешной темноте. Хорошо, на повороте скорость сбросила...

Подойдя к машине, я остро ощутила, как могла вляпаться. Постаралась не думать об этом.

— Глянь, пожалуйста, что с капотом. Если родители увидят — мне конец. Права можно будет на гвоздик вешать.

Витя обследовал повреждение:

— Вмятина небольшая. У меня знакомые ребята такие за пять минут исправляют. Давай на телефон — сфоткаю, спрошу.

— Ты мой спаситель! — я машинально поцеловала его в щёку.

Куликов картинно обнял меня за талию:

— Ох, Малибу, с такими благодарностями я теперь всё сам могу исправить, даже силой мысли! — затем его лицо стало серьёзным. — Так что там вообще было вчера?

Я кратко рассказала.

— Ленусь, ты аккуратнее! — Витя прижал меня к себе. — Напугалась, лапыч?

— Ещё как! Дрожала, будто в лихорадке. Мужик извинился и свалил.

— А чего сразу не сказала? Я же писал тебе.

— Зачем тебя дёргать? Всё же обошлось.

— Вот не гони, ладно? Если что — звони в любое время. К своей булочке я примчусь даже сквозь адский огонь.

Я рассмеялась:

— Принц ты мой! Только пусть лучше не будет повода. Так когда машину можно будет починить?

На паре Витя получил ответ — вечером после тренировки всё сделают за десять минут.