Книга Причём здесь любовь, страница 76 – Сара Лис

Днём — всё по расписанию. Лекции, конспекты, списки дел, которые я честно составляла и честно забивала на них. Я опаздывала на учёбу, и Витя ловил меня где-то между корпусами и парковкой — не всегда у «курилки». Появлялся, как всегда, с двумя стаканами и коротким:

— Привет, Малибу.

— Привет, Булка.

Протягивал кофе, кивал в сторону входа — «пошли» — и этим возвращал мне устойчивость: вот, держи, горячее, настоящее. Дойдём.

Вечером пришло сообщение от Любы:

«Привет. Мы давно не виделись.

Чем занимаешься? Зайду?»

Люба не учится, она работает — то в торговле, то в офисе, то у неё «свободный график». Ищет себя и живёт легко: понравилось — разонравилось, дальше. Ищет, где пожирнее доход и минимум напряга.

Я посмотрела на часы. Семь вечера. Солнце окрашивало небо в розовые оттенки.

«Приходи», — написала я.

Она ворвалась ураганом, как обычно, принеся с собой аромат её любимого парфюма — цветы, сладкие фрукты, что-то навязчиво-праздничное. Плащ, каблуки, в пальцах — бутылка полусладкого. Поставила её на стол, оглядела кухню.

— Тут всё как раньше, — осмотрела кухню и кивнула на холодильник с моими заметками. — Только ты другая.

— Какая? — спросила я, доставая бокалы.

— Тише, — Люба пожала плечами. — И как будто тоньше. Не худее, а… тоньше.

Я выставила на стол закуску из того, что нашла. Мы налили. Вино пахло терпко и солнечно.

— Как работа? Альберт? — спросила я.

— Как всегда: громко ссоримся, бурно миримся. Любовь любит стабильность, — она усмехнулась. — А у тебя как?

Я крутанула бокал в пальцах. Вино оставило на стекле прозрачные дорожки.

— Мы с Женей расстались, — сказала я. Впервые вслух.

Люба подняла брови. Ни удивления, ни трагедии — интерес, как будто я сообщила о погоде.

— Ну, бывает, — произнесла она своим лёгким тоном. — Он красавчик, конечно, но слишком уж серьёзный. Ты рядом с ним будто на экзамене была всё время. Дышать же надо. Смена декораций иногда полезна.

— Это не декорации, — сказала я. Слова прозвучали резче, чем хотелось бы.

— Прости. Расскажешь, что произошло?

Я рассказала. Не утаив ничего — ни о беременности, ни о том, что я до сих пор где-то внутри надеюсь: он вернётся. Люба слушала внимательно, подперев подбородок рукой, и её ногти — длинные, хищные — иногда постукивали по стеклу.

— Да, Лена. Это грустно, — наконец сказала она и чуть придвинула бокал, как бы предлагая «чокнуться» с моей бедой. — Я не чёрствая, не злая не подумай. Просто, Лён, ты всегда всё делаешь «правильно», а жизнь любит тех, кто умеет вовремя свалить, не оглядываясь. Для себя я поняла, что мужики — ресурсы, работа — ресурс, и ты — тоже ресурс. Береги его. Не раздавай. И, пожалуйста, не убивайся ты так. Не пиши ему — это дорога в никуда.

Она наклонилась вперёд, и в голосе впервые прорезалась жёсткость — не напускная, настоящая.

— Дай телефон.

— Зачем? — я инстинктивно сжала ладони на телефоне.

— Я удалю его контакт. Сейчас. Чтобы ты не сорвалась ночью. Ты не сможешь — я смогу. Это пять секунд.

Внутри всё взвилось, как кошка от резкого звука. Я вдруг ясно поняла: если я отдам телефон, я отдам не контакт. Я отдам последнюю нитку, за которую держусь. Пусть глупую, пусть болезненную — но последнюю и мою.

— Нет, — сказала я. Слишком быстро, слишком резко. И убрала аппарат со стола.