Книга Измена. Не могу тебя отпустить, страница 15 – Галина Колоскова

Я киваю. Всё решено, несмотря на вздёрнутые брови Дмитрия. Он не сказал «да», но и не произнёс «нет»!

Два дня уходят на подготовку. Я изучаю статью буквально наизусть, смотрю видеооперации из интернета. Заказываю штифт. И всё это время ловлю на себе взгляд Орлова. В коридоре, в столовой. Он никогда не заговаривает первым. Ещё бы… Кто я такая, чтоб удостаиваться его высочайшего внимания? Просто, встречаясь взглядом, едва заметно кивает, как будто проверяя: «Готова?» И я в ответ киваю: «Да». Ни одного слова. Только безмолвный диалог.

День операции. Вера Степановна напугана. Я держу её за руку перед наркозом.

— Всё будет хорошо. Мы всё продумали. Не переживайте.

— Верю вам, доктор…

Она засыпает. Я мою руки, вхожу в операционную. И вижу его. Дмитрий уже здесь, стоит за стеклом, смотрит на мониторы, которые настраивает медсестра.

— Я буду наблюдать, — говорит он без предисловий. — Если возникнут вопросы по ходу — спрашивай. Надеюсь, руки у тебя растут из правильного места?!

Обижаться не на что. Это обычное отношение Орлова к коллегам. Его присутствие не давит, а добавляет уверенности. Я киваю. Начинаю.

Всё идёт по протоколу. Руки помнят каждое движение из видео, каждую строчку статьи. Но теория — это одно. Практика — другое. В какой-то момент не могу идеально провести направляющую спицу. Она чуть отклоняется. Чувствую, как на лбу выступает пот. Ещё миллиметр — и можно повредить сухожилие.

Никакой паники. Включаю мозг и в это время получаю подсказку:

— Спицу на два миллиметра к тылу, — раздаётся заносчивый голос у меня за спиной. Орлов видит это на экране флюороскопа, который стоит рядом. — И меньше дави. Кость рыхлая, продавишь. Без нервов! Взялась — делай.

Грубый окрик заставляет ещё сконцентрироваться. Следую его инструкции. Спица встаёт идеально. Перевожу дух. Дальше — как по маслу. Установка штифта, фиксация. Всё чисто! Устранение смещения. Кровопотери — минимум.

Накладываю последние швы, чувствую, как с плеч спадает огромная тяжесть. Получается. Получилось!

Не ухожу. Дожидаюсь в послеоперационной, когда Вера Степановна приходит в себя. Сломанная рука зафиксирована не громоздкой гипсовой повязкой, а лёгкой пластиковой шиной. Можно двигать пальцами. Она слабо улыбается. Лучшая награда для меня, хирурга, взявшего очередную личную вершину.

На следующий день — разбор операции. Собираются хирурги отделения, заведующий, приглашают Дмитрия Орлова как консультанта. Я показываю снимки до и после, рассказываю о методике. Коллеги слушают с интересом, задают вопросы. Даже заведующий одобрительно кивает.

— Блестящая работа, Захарова! — говорит он в конце. — Чисто, современно, эффективно. Так держать! Дмитрий, спасибо за консультацию.

Орлов кивает, опираясь спиной о стену. На лице ни одной эмоций. Прижизненная статуя имени самого себя. Не хвалит, но и не критикует прилюдно, что ему свойственно. Благодарна за это безмерно.

Я заканчиваю отвечать на вопросы. Все расходится. Скольжу мимо него к выходу, наши взгляды встречаются. Не могу сдержать счастливую улыбку. Улыбку облегчения и благодарности. И обмираю, чуть не падаю на месте, заметив, как в обычно холодных серых глазах вспыхивает ответный огонёк. Тёплый. Одобряющий. Он едва заметно кивает ещё раз, как бы говоря: «Я знал, что ты справишься». И выходит, а я остаюсь, пытаясь переварить то, что увидела.