Книга Голод Рехи, страница 381 – Мария Токарева

Он вновь вдохнул тяжелый ветер по ту сторону ограды поселения. Его звал ураган, его приветствовали вихри песка. Дюны и барханы расплескались валами безбрежного моря. С каждым шагом все дальше оставалось прошлое, но все ярче проступали черты Натта. Рехи постоянно видел его в своем сознании.

Сына неизменно держал на руках старик-адмирал. Странно, словно с какой-то неведомой целью. Рехи не понимал, но шел на встречу с призраками пустоши. Они звали его все громче и яснее. Именно теперь он приближался к истинной цели своего пути. Ведь есть счастье, а есть долг. И тяжко, когда они не совпадают.

— Рехи! Рехи! – донесся сквозь вой урагана пронзительный голос. – Куда ты?

Рехи обернулся: по песчаным дюнам несся Ларт, спотыкался, падал, отплевывал пыль, но вновь кидался вперед. Самый верный друг, связанный и общей виной, и общим спасением. Как вторая половина души, которую с мукой отрывал от себя Рехи. Друг заслужил обычное счастье смертных, его достаточно истрепали призраки пустоши.

Ларт подбежал и упрямо дернул за руку, требуя вернуться, но Рехи не двинулся с места:

— Лойэ изгнала меня. И я ухожу. Она сказала – к Стражам. Я иду к ним.

— Я очень сожалею, Рехи, это… ужасно. Лойэ просто сходит с ума от скорби. Санара говорит, что ты можешь остаться. Никто тебя не изгонял из деревни. Поверь мне. Ты же и правда не мог ничего сделать.

— Мог. Я мог… Но не сделал, – задумчиво улыбнулся краем губ Рехи.

— Твое сознание сейчас тоже замутнено горем, – Ларт попытался увлечь за собой. – Пойдем, пойдем обратно в деревню. Все еще образуется.

— Нет. Только сейчас я, кажется, по-настоящему прозрел. Я не могу вернуться. Прости, Ларт, – ответил размеренно Рехи. Он по-прежнему отчетливо слышал зов грозы, внимал призракам туманной мглы и красных сумерек. Все звало его, все велело идти к Разрушенной Цитадели. Впервые Рехи-Страж и Рехи-эльф соглашались друг с другом.

— И куда ты отправишься?

— Ты знаешь.

— Цитадель… Рехи! Только не умирай там. Пожалуйста, ради Лойэ, ради меня. Не умирай! – взмолился Ларт, смахивая крупные жемчужины слез с белых ресниц.

— Я иду не за смертью. Я иду, чтобы все исправить. Иначе еще один мир разрушится, наш мир, – ответил Рехи. Впервые все выглядело понятным и правильным: он обязан дойти. Пусть его сжигала дикая боль, пусть он понимал, что не вернется.

«Важна цель, а не мотив. Мотив менялся в течение моего путешествия. Цель оставалась неизменной. Сейчас я иду не за ответами. А за искуплением», – осознал Рехи и продолжил:

— Прощай, Ларт. Позаботься о деревне, у тебя это хорошо получалось. Позаботься о Лойэ, Санаре и малышке Инде. Ты много страдал, стань счастливым и за меня.

— Нет, Рехи, я не могу. Не говори так! Без тебя… какое счастье без тебя? Рехи! Вернись! Вернись ради всех, кто тебя любит!

— Вернусь. Но не сейчас, а когда все исправлю. Исправлю мир. Так надо, Ларт. Так было написано изначально. Высечено резцом по черному камню.

— Вернись. Только вернись, Рехи. Пообещай!

— Я вернусь. Обещаю.

Они обнялись, Ларт крепко стиснул Рехи, не желая отпускать. Но решение уже крепко въелось под кожу, высекая руны предначертания на костях. Ларт еще держал за руку, сжимал дрожащие пальцы, прощаясь. Рехи уже уходил, отступал шаг за шагом, а потом быстро развернулся и пошел прочь.