Книга По ту сторону тени, страница 150 – Каролина Роннефельдт

Нагруженные походными мешками, квендели вышли из гостиной и последовали за Эмблой направо, к черному входу. Девушка снова несла перед собой бледный фонарь, стоявший на табурете в коридоре. Свечи в настенных светильниках догорели, а стук в балках все не прекращался. Когда маленький отряд проходил мимо закрытой двери, Горм подумал, не выскользнуть ли ему, чтобы проведать Нибелунга.

— Во имя святых пустотелых трюфелей Холмогорья, не смей выходить из дома! – услышал он предостерегающий оклик Эмблы, словно она прочла его мысли.

Застигнутый врасплох, Горм отступил от порога, к которому уже подошел.

— Обещаю вам, что с пони все будет в порядке, – снова заговорила девушка, на этот раз гораздо мягче. – С ним ничего не случится. Ваши животные здесь в безопасности, но так будет, только если вы все станете меня слушаться, – добавила Эмбла, обращаясь не только к Винтер-Хелмлингу.

Она свернула в темный коридор, который вел к восточной части дома, и бледное пятно света заплясало впереди нее. Вскоре Эмбла остановилась перед дверью, главной особенностью которой был огромный замок, украшенный странным орнаментом, тускло поблескивавшим в свете фонаря. Девушка достала из-под фартука большой, очень старый на вид ключ, но, вместо того чтобы вставить его в замок, протянула Гортензии.

— Ты не доверяешь мне и не хочешь полагаться на то, в чем сомневается твой острый ум, так возьми же ключ от этой двери на оставшиеся часы ночи, чтобы никто не покинул комнату для вашего же блага. Пока вы будете меня слушаться, все будет хорошо. Усмирите врожденное любопытство квенделей, пока свет солнца не прогонит опасность. Днем вы получите ответы, которые вам помогут. А теперь, как только я уйду, запритесь изнутри, – продолжала наставлять Гортензию девушка, а та была слишком удивлена, чтобы отказаться исполнить просьбу.

Слова Эмблы показались квенделям не слишком обнадеживающими, как если бы она попросила путников завязать себе глаза перед входом в лабиринт с немыслимыми опасностями. Трудно было представить, что можно просто лечь и спрятаться под одеялом. Но Эмбла, кажется, ожидала от них именно этого. Она надавила на ручку и открыла незапертую дверь. Друзья последовали за ней и вошли в длинную комнату, занимавшую большую часть восточной стороны дома. В стене напротив входа было три окна, стекла которых, как и на фасаде, были разделены на множество маленьких ромбов, отчего было трудно разглядеть, что происходит снаружи. Никаких ручек на них не было; видимо, эти окна нельзя было открыть. В свете фонаря витражные стекла сверкали, как черный хрусталь.

Карлман подумал о блестящей драконьей коже, покрытой треугольной чешуей, из детских сказок. Особенно ему нравилась история, в которой свирепый огнедышащий дракон спал в подгорной пещере на золоте гномов. В левом углу комнаты он заметил бледное мерцание в стене, как будто смотрел через отверстие в серебристо-голубую ночь. Должно быть, сейчас стало темнее, поскольку луна опустилась за западные склоны.

Молодой квендель остался стоять, держа в руках походный мешок. Спутники держались рядом с Эмблой, вглядываясь в окружающие тени. Даже в четырех стенах, которые должны были стать им убежищем на эту ночь, не прекращался стук. Когда они вошли в просторное помещение, оно показалось им холодным и заброшенным. В прохладном воздухе витал тонкий пряный запах, возможно, доносившийся из леса, растущего на вершине холма.