Книга По ту сторону тени, страница 234 – Каролина Роннефельдт

Как только вода закипела, Гундомар выступил вперед, достал из-под плаща искусно расшитый мешочек и высыпал его содержимое в котелок. Пыльный склеп мгновенно наполнился умопомрачительным ароматом луговых цветов, покачивающихся на легком ветерке, как будто в напитке хранилась вся тоска Безмолвного народа по забытому лету. От восхитительного аромата у квенделей едва не закружилась голова. Полузуб задумчиво принюхался.

Тем временем Гландифер опустил в дымящийся котелок изящно сработанный кубок из серебра хульдов.

— Выпейте по одному глотку, но не больше, – этого будет достаточно, чтобы согреться и уверенно держаться на ногах, – сказал он, передавая сверкающий кубок Гортензии, и, заметив ее колебания, добавил: – Бери же! Кубок прохладный, держать его приятно. Питье в нем теплое и полезное, поможет пережить эту ночь.

По его красивому лицу скользнула мимолетная улыбка. Гортензия приняла кубок и сделала глоток, хоть ей и показалось, что над ней пытались подшутить.

— Сейчас самое время спросить, как ты попал к этим хульдам, – обратился Эппелин к Энно, как только стоявший рядом с ними Карлман отпил зелья в свой черед.

Младший Шаттенбарт утер рот и вместе с другом-квенделинцем посмотрел на товарища, с которым они собирались отправиться в путь из Зеленого Лога.

— И еще я очень хотел бы знать, что случилось с тобой, после того как ты проявил невероятную смелость на деревенской площади и спас меня, забыв о себе. Я никогда этого не забуду, как и мой дед Бозо и другие на северном берегу Холодной реки, ведь я непременно расскажу им об этом при встрече, – добавил Эппелин.

— Куда ты попал, Энно? В чьи лапы тебя бросило, когда ты исчез перед горящей липой? Мы лишь увидели, как все растворяется в дыму и тумане, – сказал Карлман, содрогаясь от воспоминаний и передавая Эппелину кубок. – Кстати, вкус потрясающий.

— Много я вам не расскажу, потому что сам почти ничего не понимаю, – задумчиво ответил Энно. – Быть может, так даже лучше. Я бросился в бой и в один прыжок оказался в потустороннем мире, на жуткой площади, где, как и в Зеленом Логе, горел костер, а вокруг возвышались столбы, к которым были привязаны шесть квенделей, наших ровесников. На вершинах столбов, словно в насмешку, висели маски. Рядом маячили здоровенные живые мертвецы, наслаждаясь мучениями несчастных пленников. Один из мертвецов направился ко мне…

— Вот гоблинский мох! И что потом? – спросил Эппелин, забыв передать кубок Энно, когда тот внезапно замолчал.

— А потом – ничего, – ответил Энно, и взгляд его светло-голубых глаз пронзил друзей насквозь. – Все исчезло, как за мгновение до того исчезла площадь Зеленого Лога, но вместо огненного холода и обжигающего льда я попал в приятную пустоту и оказался далеко-далеко… А теперь дай мне кубок, – потребовал он.

Сделав глоток, Энно передал кубок Кремплингу.

— Очнулся я в пещере, куда мы сейчас идем, – снова заговорил он. – Там были Гундомар и Гландифер, а с ними Блоди, Горм и Нибелунг. Мне не хотелось задавать вопросы, а Безмолвным не хотелось говорить. Они собирались оставить нас троих в пещере, чтобы идти к вам, но Блоди так хотел поскорее увидеть отца, что его было просто не удержать. Вот я и пошел с ним, хотя мне и не хотелось. Горм отдал мне отцовский кинжал как доказательство того, что он жив и ждет нас всех там, в пещере. Клянусь черными мухоморами, неужели вы не поняли, что Город черепов – это то самое место, куда я попал из Зеленого Лога, сделав тот роковой шаг?