Книга По ту сторону тени, страница 288 – Каролина Роннефельдт

— Я очень рада видеть тебя целой и невредимой, дорогая Эмбла, – печально ответила Гортензия. – Однако на местах, к сожалению, далеко не все. Как видишь, я совсем одна, и за день мы уже пережили две большие потери. Не больше часа назад, если время Страны теней меня не обманывает, я рассталась с Одилием, Бульрихом и Звентибольдом. А еще прежде, пока мы прятались в скалах, Карлман и Горм отправились в цитадель, чтобы освободить Гризельду, наследницу Винтер-Хелмлингов. Боюсь, что со всеми ними случилось что-то ужасное, каким бы хорошим знаком ни была наша с вами встреча.

— Наш мудрейший мельник наверняка посоветовал бы тебе верить только в хорошие приметы и не обращать внимания на плохие, – послышался знакомый голос.

Из тумана выскользнул старик Пфиффер, будто доброе привидение, за ним последовали Бульрих и Звентибольд. Все трое с улыбкой смотрели на свою новообретенную спутницу, но она зашаталась, словно ее окружили призраки. Гизил нежно подхватил Гортензию и счастливо рассмеялся.

— Во имя всех лесных грибов, как же так вышло? – охнула Гортензия.

— Кто-то посылает смелого кота, а кто-то – храбрую собаку.

Произнесший эти слова Кремплинг шагнул вперед и подмигнул друзьям. В руках он держал страшную резную маску из черного дерева с острыми клыками и рогами. Точно такую же зловещую личину носил старший сын Гизила Госвин, стоявший рядом с Пирмином. Оставался еще один неизвестный в маске.

— Все расскажет ему след, где же спрятался обед. В шуме или в тишине… – произнес путник в маске оленя, сдвигая ее на лоб. Это был не кто иной, как Энно. Сидевший у его ног Траутман преданно и выжидающе смотрел голубыми глазами то на него, то на хозяина.

— Мы надеялись, что вы будете поблизости, и поэтому действовали так, как советовали нам напоследок Гундомар и Гландифер, – сказал хозяин Краппа. – Мы искали вас, чтобы успеть на Поле мертвых вместе. Пирмин отправил собаку на разведку, хотя Блоди и не желал расставаться с четвероногим другом. – Улыбка снова озарила его серьезное лицо. – О, это такая удача, а в наше время и подавно лучшее из всех предзнаменований – увидеть отца и сына Кремплингов вместе! Не хватает только Фиделии, – продолжал он, снова указывая на Траутмана. – Умный пес вскоре обнаружил твоих спутников, Гортензия, в то время как ты сама, должно быть, выбрала другой путь через скалы.

— Этого не может быть! – решительно ответила она. – Одилий, Бульрих, Звентибольд, что вы молчите? Вы же шли позади меня, а потом вдруг отстали, и случилось это в длинной расщелине без поворотов.

— На самом деле мы довольно быстро потеряли тебя из виду, – вмешался Бульрих, – и не догнали даже на развилке, хотя и без труда поняли, по какой дороге ты направилась, потому что справа была лишь непроницаемая тьма. Тот путь, вне всякого сомнения, вел к темной цитадели, и, если Карлман и Горм в самом деле отважились войти в эту тьму, мне остается лишь восхищаться их мужеством.

Бульрих умолк и печально нахмурился.

— Дорогая Гортензия, ты вряд ли смогла бы проехать там верхом, – добавил Биттерлинг, вздрогнув. – Тем более что мы, как и раньше, слышали стук копыт Нибелунга где-то впереди на левой тропе, но не могли догнать вас.

— А вскоре перед нами появился черно-белый пес, – сказал старик Пфиффер, от которого, как и от Бульриха, не ускользнуло, что Гортензию все отчетливее охватывает страх. – Мы узнали Траутмана и решили, что лучше всего будет последовать за ним в надежде найти тебя и Нибелунга вместе с Моттифордами, которые, очевидно, находились где-то неподалеку.