Книга Пять юношей квартала сайя, страница 188 – Ива Годар

Но Рика не собиралась отступить так просто.

— Честь воина – самое важное на Острове Яблонь. Но сайя не могут сразиться на арене перед вами, Ханси. Они защищены от опасности ценой свободы. Разве могут избранники богов отправиться в любой уголок острова, когда пожелают? Женщины поклоняются им, но любовь сайя, как бы прекрасна она ни была, покупается за деньги. В городе мечтают о детях сайя, но много ли детей получили знатные дамы, желающие лишь поразвлечься?

Каждый ее вопрос был справедлив, но уже давно никто не смел задавать их императрице.

Воцарилась давящая тишина. Потом простолюдины загомонили, когда до них донеслись слова Рики. Многие хотели услышать ответ.

— Ты даже не стала солдатом Острова Яблонь, а просишь в награду самое ценное богатство города, – жестоко усмехнулась императрица. – Не слишком ли это для той, что сказала, что не смеет просить многого?

— Мне нужна ваша мудрость, Ханси. – Рика склонилась еще ниже. – Сколько я ни думаю об этом, не нахожу ответа, который бы показался мне справедливым.

Императрица вздохнула:

— Наследницы знатных кланов не раз убеждали меня, что достаточно умны, чтобы не драться из-за сайя, как дикие собаки. Но будь это правдой, никто бы не попытался тебя убить, а Хана Сайто не задумала бы мятеж. Люди глупы. Мы можем править землями, но управлять желаниями гораздо сложнее. Я жертвую малой толикой свободы сайя ради порядка и благоденствия страны. Ты же хочешь владеть тем, чем владею я.

В голосе императрицы не слышалось злости, только правда и немного материнской печали. Но вместе с тем и звук топора, падающего на чужую шею.

— Нет, Ханси! – Рика забылась и подняла голову, но слова ее прозвучали искренне. – Если они никогда не пожелают смотреть в мою сторону и не скажут больше ни слова, пусть так. Я хочу лишь, чтобы сайя могли прожить собственную жизнь. Нельзя наказывать людей за их красоту.

Ропот стал громче. Волна распространилась от помоста императрицы дальше, через пораженных поступком Рики сайя к раздосадованной знати, а оттуда в разношерстную толпу. Речь Рики, показавшаяся знатным наследницам смехотворной, вызывала отклик в сердцах людей попроще. Те легко понимали желание бродить где вздумается, а уж поглазеть на сайя без охраны хотела каждая девчонка в городе.

Императрица, увенчанная острым серебром, и сама походила на оружие.

— Что ж, тогда тебе не место в моей гвардии. Не место в квартале. И не место на моем острове. Ты прожила здесь всю жизнь, но так и не стала островитянкой. Мне не нужны чужие мечи. Ты же готова отдать свой любому, кто порадует в кровати.

Рика побледнела и стиснула зубы. Голова сама собой опустилась под тяжестью новой, беспощадной судьбы. Ее окутала тьма. В этот момент она поняла, на какой тонкой веревке висит прямо над бездной. Все, к чему она готовилась с шести лет, уничтожили несколько слов.

Кто бы мог подумать, что Кацу окажется прав. Он называл ее преступницей, а не гвардейцем.

— Не каждый убийца еще и стратег, – продолжила императрица. – Ты коснулась мечты и отказываешься падать. У тебя много достоинств воина, но нет главного – смирения. Ты считаешь сайя рабами, но никто из них не согласится с тобой.

Императрица покрыла ее нестерпимым позором.

Рика подозревала, что все так и случится. Знала в глубине души, но все же не могла не попробовать. Что-то внутри нее требовало восстать. Но кем она станет теперь? Почва ушла из-под ног.