Книга Хозяйка пряничной лавки 3, страница 64 – Наталья Шнейдер

— Благодарю, — скрипнула я зубами.

Спрашивать, что он обнаружил в той книге, бессмысленно: ни один нормальный следователь, в смысле, ревизор своими догадками раньше времени делиться не будет.

— Значит, встречаемся у маклера в одиннадцать, — сказала я.

— Встречаемся без четверти одиннадцать у вас на крыльце. Пока вам не следует разъезжать одной.

Я моргнула.

— Вы серьезно? Ветров, конечно, дурак, но не идиот же!

— И все же я настаиваю.

— Хорошо, — вздохнула я, заранее предвкушая «удовольствие» находиться с ним наедине в полутемном возке. Р-р-романтика, чтоб ее.

— И, пожалуйста, не стройте планов на день.

— Это еще почему?

Не то чтобы у меня были какие-то грандиозные планы. Но дел, как всегда, хватало.

— Узнаете потом. — Он поднялся. — До встречи, Дарья Захаровна.

Без четверти одиннадцать я вышла на крыльцо.

Рядом стояли сани. С извозчиком.

Открытые.

То есть вчера мы прятались за занавесками, чтобы не давать городу повода почесать языки. А сегодня будем демонстративно разъезжать вместе? Видимо, эта мысль была написана у меня на лице, потому что Громов сказал:

— Вчера вы были свежеразведенной женщиной, а я — мужчиной, который живет в вашем доме.

— А что изменилось сегодня?

— Сегодня нас обоих пытались убить.

— И после этого совместная поездка становится приличной? — не удержалась я.

— Она становится объяснимой.

Он подал мне руку, чтобы помочь сесть. Я сделала вид, будто не заметила этого: казалось, даже сквозь его перчатку прикосновение будет слишком острым — и забралась в сани сама. Громов сел напротив.

— Трогай.

Я старательно уставилась на дома, проплывающие мимо.

— Владимир Константинович вчера осмотрел двор и улицу рядом с домом, — сказал Громов.

— И что нашел? — Я встретилась с ним взглядом и тут же отвела глаза.

— К сожалению, ничего. Снега не было несколько дней, двор утоптан, улица расчищена.

Обидно. Впрочем, чего я ожидала? Парочку запасных горшков с угольями и заботливо оставленными на них отпечатками пальцев — которые, кажется, еще неизвестны в этом веке? Дневник поджигателя с его зловещими планами и собственноручной подписью?

Я кивнула и переключила все возможное внимание на прохожих. Праздник был совсем близко: на дверях зеленели еловые венки, люди тащили корзины с покупками. До нас двоих никому не было никакого дела, и хорошо.

У крыльца маклерской конторы обнаружились сани, которые я почему-то узнала сразу. Ветров. Приехал-таки.

Он стоял у конторки спиной к двери и обернулся на скрип.

Сегодня бывший муж выглядел неожиданно прилично. Трезвый, причесанный, в застегнутом сюртуке. Только лицо сероватое и под глазами мешки, будто и у него ночь выдалась бессонной. Впрочем, я бы с его долгами точно спать не смогла.

— Явились все же, — растянул он губы в улыбке. — Я думал, не доедете.

— Не дождетесь, — фыркнула я.

Конечно, здесь этот анекдот не знали. Поэтому Ветров только сказал:

— А то по городу слухи ходят, что ночь у вас была беспокойная.

Слухи наверняка ходили — едва ли прислуга исправника стала держать язык за зубами.

— Господа, раз все в сборе, предлагаю не терять времени, — вмешался маклер. — Документы я подготовил.

А этот-то когда успел? Вчера вечером Громов вроде никуда не уезжал. Утром примчался с утра пораньше?

Невыносимый человек!