Книга Дважды кажется окажется, страница 64 – Елена Рыкова

— Так о чём я. – Он положил ногу на ногу. – Тима. Тима Соловей.

— Соловей-разбойник, что ль? – Лизка уставилась на пиратскую повязку.

Незнакомец улыбнулся, заострился его похожий на клюв нос.

— Сотрудник ОпОРы, – он достал из джинсовки красную корочку, ткнул Марте в нос своей фотографией с сиреневой печатью. «Организация по Охране Равновесия», – успела прочесть она. – Заращивал за Весновой и её братом разломы в Крыму. Захотел познакомиться лично. А вы тут всей компанией. Что вы так стоите? Про ОпОРу не слышали?

Марта мотнула головой.

— Что, честно-пречестно? Ну, это такая контора, мы… ну как бы равновесие охраняем. Следим, чтобы никто с этой стороны на ту не шастал. А вы, смотрю, все там побывали.

— Как это вы так… смотрите? – спросила Тинка.

— Глаз намётан. Ладно, шучу-шучу, мне ваша подружка Зейнеп всё рассказала.

Девочки не двигались. Марта подумала, а не метнуть ли в него смерчами. Просто так. На всякий случай.

— Что значит – заращивали? – спросила Рыжая.

— Там, где вы туда-сюда ходили, остались в пространстве следы. Будто двери закрытые. А я делаю так, чтобы они исчезали.

— Как вы это делаете?

— Свистом. Звук разломы открывает, он же их и закрывает.

— Ну точно, он Соловей-разбойник, девули, – Тинка глянула на остальных.

— Слушайте, ну что вы, в самом деле. Я как на допросе тут сижу. Лампы в глаза только не хватает. – Тима поднял руку, тыкая себя в макушку указательным пальцем, и прошептал одними губами: «Хороший парень!»

Рыжая улыбнулась.

— Улыбка скогсры – знак чудесный, – тут же сказал он.

Рыжая перестала улыбаться.

— Зачем вы нас искали? Что вы знаете о моём брате? – решилась Марта.

— Слушай, я… – Соловей наклонился вперёд, но Марта отпрянула. Смерчи стали выше, угрожающе наклонились. – Ну пульни, пульни, если тебе так хочется, – вдруг легко разрешил он.

Марта опустила глаза.

— Я встречал таких, как ты, пару раз, – Соловей смотрел на Марту. – Я знаю, как вам, двусторонникам, сложно в разлуке. Вот. Хотел сказать тебе, что в ОпОРе есть такой препарат, не помню, как называется, я его «Забывын» зову, он снизит твою тоску. Я мог бы тебе его достать…

— Где мой брат? Вы что-нибудь о нём знаете? Что с моими родителями?

— Брат твой остался на той стороне. Родители так и лежат, где лежали.

— Тоже мне новости, – фыркнула, но осеклась Лизка.

— В общем, это, – Соловей продолжал неуверенно, будто виновато, – мне на учёт тебя поставить надо. Это ничего страшного, просто раз в три месяца навещать буду, проверять, не открываешь ли ты разломов, не свистишь ли в свистульку. Она ведь у тебя?

Марта стояла не двигаясь. Всё её ликование прошло. На учёт. Как в милиции. Что ж, чего-то подобного следовало ожидать.

— Первое время, наверное, даже чаще придётся. Мало ли что, знаешь. – Соловей достал из внутреннего кармана блокнот, раскрыл на последней странице. – На вот, распишись.

Ручку тоже протянул. Снова моросил дождь.

— А насчёт таблеточек подумай. Реально легче станет.

— Это каким, интересно, образом? – спросила Рыжая, потому что Марта молчала.

— Забудет всё… со временем. – Соловей глянул на скогсру. – Марта, поверь, так лучше. И адресок там запиши свой, пожалуйста.

— Нет уж, – Марта выводила адрес в блокноте. – Ничего забывать я не хочу.

12

— Как же неудобно, что ты не любишь вылезать из Гнезда. – Соловей рылся в шкафчиках. – Сегодня тебя реально не хватало.