Книга Позывной: "Дагдар". Часть 2, страница 66 – Артём Март

Мальцев усмехнулся уже открыто.

Шер услышал. И, кажется, ему правда не понравилось.

— Хорошо, — сказал он после паузы. — Я скажу тебе одно. Только одно.

— Начни с главного.

Он облизнул сухие губы. На этом простом движении даже я увидел, сколько усилия оно ему стоило.

— Карим-Баша, которому я служу, и работорговец Махди, который помогает чужакам с американцем — вместе.

Вот тут уже и Веденин слегка подобрался. Искандаров же наоборот замер совсем, будто боялся спугнуть желание Шера говорить.

— В каком смысле? — спросил я.

— В простом. Махди покупает. Карим-Баша держит дорогу. Один продаёт. Другой не даёт увезти без своей доли. Они жадные люди. Но не глупые. Американец дорогой. Слишком дорогой, чтобы его просто так отдать.

— Кому отдать? Американцам?

— Всем, — сказал Шер. — Кто больше даст.

Мальцев дёрнулся.

— Он врёт.

— Замолчите, — не повышая голоса, сказал Веденин.

Шер посмотрел на него мельком и снова на меня.

— Большой американец со шрамом пришёл к Махди злой. Слишком злой. Плохой для торговли. Но Махди терпел. Потому что знал: товар уже у него в руках. И если подождать правильно, цена станет выше.

— Стоун у Махди?

— Может, да. Может, уже нет.

Я нахмурился.

— А где же он может быть?

Шер не ответил сразу. Только смотрел на меня не отрываясь.

Вот тут я понял: он опять начал выбирать, сколько правды дать.

— Не играй со мной в игры, — сказал я тихо.

— Я и не играю.

— Тогда отвечай.

Он чуть повернул голову на подушке. Морщась.

— Карим-Баша и Махди заберут то, что им нужно. Американцы глупые. Они думают, что они здесь хозяева. Но это не так. Здесь хозяева Махди и Карим-Баша. И если даже они не могут забрать все, что им нужно силой, то заберут хитростью. Уже забирают.

— «Всё» — это американец?

— И американец, — Шер-Ага вдруг зыркнул на меня. — И твой брат.

У меня внутри будто холодом полоснуло.

Снаружи я, кажется, даже не шевельнулся. Только спросил:

— Ты знаешь, что с моим братом? Ты видел его?

Шер долго смотрел мне в глаза. Потом проговорил уже совсем тихо:

— Я его видел. Еще давно. Еще когда американцы не пришли. Потом, когда увидел тебя, Дагдар, я не сразу понял, как ты был у Махди, а потом оказался в горах. Потом я понял.

— Что с ним? — спросил я похолодевшим голосом.

— Его купили, — сглотнул Шер-Ага.

Слово было простое. Почти будничное. И оттого, примененное к человеку, казалось совсем не правильным.

— Кто? — почти сквозь зубы проговорил я.

Искандаров тихо выдохнул. Я услышал это краем уха.

Шер молчал секунду. Вторую. Потом сказал:

— Карим-Баша. Для себя.

Я молчал.

Слова Шера надо было положить внутрь и посмотреть, как они там лягут. А легли они плохо. Как-то неровно. Будто в старую рану кто-то всунул камешек — маленький, почти незаметный, но такой, что теперь каждое движение будет напоминать о нём.

Мог Шер врать? Да, ещё как. Но с тем же успехом он мог и говорить правду. Или полуправду. Говорить её просто потому, что желал подорвать мою решимость. И кажется, был уверен, что мы и правда не найдём ни Стоуна, ни Сашу.

Я стоял у койки, смотрел на Шера и чувствовал, как после омана мир всё ещё остаётся слишком резким. Лампа на столике коптила тонкой чёрной струйкой. В углу из умывальника капала вода — раз, потом ещё раз, потом долго ничего. Пахло йодом и сырой кровью. Снаружи Зайцев на кого-то старательно ругался.