Онлайн книга «Словесность Индии и Ирана. Сакральный текст и смеховая культура»
|
Капалин. Мы должны поступить так, как дхарма позволяет поступать в трудных ситуациях, – мы примем милостыню в коровий рог! Девасома. Хорошо, бхагаван! (Принимает [милостыню].) (Оба идут по кругу и осматриваются.) Капалин. Как, и здесь ее нет? (Изображает огорчение.) О почитатели Великого Владыки! О почитатели Великого Владыки[288]! Не видели ли вы мою чашу для милостыни? Что вы говорите? «Мы не видели»? Увы, я погиб! Пропал мой тапас[289]! Какой же я теперь капалин[290] без нее?! О, беда! 11) Она преданно служила мне для питья, еды и сна[291]. Теперь разлука с ней мучает так, будто я расстался с хорошим другом. (Падает и изображает, что бьет [себя] по голове.) Ну и пусть! Это лишь внешний признак[292], но сам я еще не лишился звания капалина. (Поднимается.) Девасома. Бхагаван, кто же взял капалу? Капалин. Дорогая, мне кажется, из-за того, что внутри было жареное мясо, ее утащила собака или буддийский монах[293]. Девасома. Тогда мы обойдем весь Канчипурам, чтобы найти ее![294] Капалин. Да, любимая! (Идут по кругу.) (Затем входит буддийский монах с чашей для подаяния в руке.) Буддийский монах. О, воистину, этот упасака[295], начальник купеческой гильдии по имени Дханадаса[296], велик своей великой щедростью, [превосходящей щедрость] всех домов. От него я получил милостыню, состоящую из разных видов мяса и рыбы, приятных на вкус, запах и цвет. А теперь пойду-ка в царский монастырь. (Обходит сцену, про себя.) Ах, наделенный высшим состраданием Бхагаван Татхагата проявил любовь к общине монахов, наказав [нам] жить во дворцах, спать на роскошных кроватях, до полудня принимать пищу, а после полудня пить вкусные напитки[297], жевать бетель, содержащий пять ароматов, носить мягкие одежды. Но почему же он не разрешил жениться и пить вино? И как же Всеведущий не додумался до этого? Я полагаю, эти злонамеренные немощные старейшины-буддисты из зависти к нам, молодым людям, стерли из питак[298] правила, касающиеся женщин и вина. Как же мне достать первоначальный, неповрежденный текст? Тогда бы я возвестил миру полное учение Будды и этим помог бы общине! (Идет по кругу.) Девасома. Бхагаван, смотри! Вон на царской дороге среди спокойно идущих людей кто-то в красном одеянии, съежившись, спешит куда-то. Он оглядывается по сторонам и ступает неуверенно. Капалин. Да, дорогая! И он несет что-то в руке, обернув краем чивары[299]. Девасома. Бхагаван, давай подойдем и узнаем. Капалин. Да, госпожа! (Подходят.) Эй, монах, постой! Буддийский монах. Кто это говорит? (Останавливается и оглядывается.) Ой, да это дурной капалин, что живет в [храме] Экамра[300]. Нет уж, я не стану мишенью для его пьяных нападок! (Идет быстрее.) Капалин. Дорогая, гляди! Нашлась чаша! Он увидел меня и от страха прибавил ходу, а это доказательство воровства! (Быстро подходит и преграждает ему дорогу.) Эй, негодяй! Куда собрался? Буддийский монах. Капалин-упасака[301], не надо, не надо так! К чему это? (Про себя.) Какая красивая упасика[302]! Капалин. Эй, монах! Покажи-ка, что это у тебя в руке под краем чивары. Я хочу посмотреть. Буддийский монах. Что тут смотреть? Это чаша для милостыни. Капалин. Вот я и хочу посмотреть. Буддийский монах. О упасака, не надо! Ее же нужно нести покрытой! Капалин. Так вот зачем Будда предписал носить столько одежды – чтобы удобно было что-нибудь такое прятать! |