Книга Мифы близкого будущего, страница 194 – Джеймс Грэм Баллард

Мэллори попробовал поднять тяжелую «ямаху».

— Хинтон… только он остался. И для Анны тоже. Как-то мне надо… его убить.

— Он это знает, доктор. – Она осеклась, заслышав приближающийся шум мотора. Летательный аппарат завис над соседней улицей, его темное туловище сквозило между листьями пальм, лопасти рассекали солнце. Машина прошла над головами затаившихся между телевизорами людей. Древний автожир переваливался, как летающая жнейка, его свободно вращающийся винт питался, по всей видимости, солнечным светом. Пилот в открытой кабине был слишком занят управлением, чтобы разглядывать улицы.

К тому же, понял Мэллори, Хинтон уже отыскал свою добычу. На крыше отеля в наброшенном на плечи халатике стояла Анна Мэллори. Она, увлеченная сном о небесах, сумела наконец вскарабкаться по лестнице. Она слепо таращилась на автожир и отступила всего на один шаг, когда он, облетев отель, в вихре листвы и пыли пошел на посадку. Когда машина коснулась крыши, воздушный поток сорвал с ее плеч халат. Обнаженная, она обернулась лицом к автожиру, к любовнику этого странного механизма, явившегося, чтобы спасти ее от оставшегося без времени мира.

С дамбы NASA они увидели огромный столб дыма над космическим центром. Мэллори с мотоциклетного седла разглядывал клубившиеся в воздухе тучи. Лес был окрашен пожаром, листва светилась, как угли в печи.

Что же это, Хинтон заправил двигатели «Шаттла» и приготовился к отлету? Он унесет с собой Анну, выбросит обоих в пространство, как выбросил Шепли, присоединится к орбитальному катафалку мертвого астронавта?!

Дым полз между деревьями: его гнала взрывная волна с пусковой площадки. Вей остановила «ямаху» и указала рукой на прорыв в тучах. «Шаттл» по-прежнему лежал на платформе, его двигатели молчали, белый корпус отражал вспышки на бетонных взлетных полосах.

Хинтон поджег свои старинные аэропланы. Пламя, пронизанное маслянистым дымом, поднималось над раскаленными корпусами просевших на шасси аппаратов. Биплан Куртисса пылал. Яростное сияние проглотило моторы «Фоккера», подорвало топливный бак и боезапас пулемета. Взрывающиеся патроны насквозь пробили крылья, и машина сложилась карточным домиком.

Вей, упираясь ногами в землю, окинула взглядом тлеющие деревья в двухстах ярдах от охваченного огнем ряда машин. Отблески играли на бледном лице Мэллори, высматривавшего Хинтона среди самолетов. Пропеллер автожира, раскрученный игравшим на фюзеляже пламенем, резко провернулся, загорелся и превратился в карнавальное огненное колесо. Рядом пламя неслось по крыльям самолетика братьев Райт – машина, дождем рассыпав искры, подскочила и рухнула на «Сопвич Кэмел». Раскалившийся двигатель «Небесной блохи» взревел, ожил, по крутой дуге поднял крошку-самолетик над горящими обломками, подпалил SPAD и аппарат Блерио и сам закувыркался в огненном столбе.

— Доктор… на сборочной палубе!

Мэллори посмотрел туда, куда указывала девушка. В ста футах над ними бок о бок стояли на металлической площадке лестницы Анна и Хинтон. Их лица расплывались в мареве горячей волны, словно оба они уже двигались сквозь воздушный поток. Хинтон обнимал Анну за талию, но едва ли оба помнили друг о друге, делая шаг в сияние.

Мэллори проводил последние вечера на Коко-Бич как обычно, отдыхая у бассейна пустого отеля и следя глазами за светлым планером, терпеливо плывущим по безмятежному небу над мысом Кеннеди. В тихой гавани, в окружении сонных обитателей зверинца он слушал плеск фонтанчика, осыпающего траву у кресла хрустальными бусинками. Брызги почти не двигались, как и планер, и ветер, и бдительный гепард – все они составляли сияющую эмблему мира.