Книга Чёрный ратник 7, страница 67 – Макс Гато

Я же уже вышел из Бесформенной тени за спиной Ермила.

Вот только второй Волхв оказался быстрее, чем я рассчитывал. Он не стал поднимать щит, а ударил сразу по мне. Белёсая волна прошла над костром, и я принял её Поглощением на левую ладонь. Чужая мана растаяла в буре чёрной ауры.

Ермил в это время успел вскочить. И вот тут я понял, что ошибся в нём летом.

Синяя аура, которую он держал на моём дворе на уровне Ворона, вспыхнула на нём так, что костёр померк. Это был не Ворон. Волк, и Волк крепкий, и он скрывал это так же, как скрывал всё остальное.

Он ударил меня мечом раньше, чем я закончил поглощать чужую ману. Чёрный панцирь принял удар, но меня отбросило на три шага, и Ермил рубанул мечом, целясь мне в горло.

Тёмный шаг вынес меня ему за спину. Я успел рубануть по ногам, но он рванул вперёд, развернулся, и мы сошлись лицом к лицу. И Ермил бил так, как бьют люди, которые знают, что дерутся не за серебро, а за собственную жизнь.

У навеса в это время закричали.

Ярослава вошла в спящих Рывком, и первый не успел даже сесть. Второй вскочил с копьём, и она приняла древко на клинок, отвела в сторону и вспорола ему бок. Третьего поймал Матвей: щит, удар, щит, и тот осел у навеса с проломленной грудью.

Четвёртый выскочил из-под лапника и рванул к выходу из оврага. Но там уже стоял Иван. Один взмах молота и человека подняло в воздух и швырнуло обратно в овраг, где он и остался лежать переломанной грудой костей.

Второй Волхв поднял наконец щит. Купол в полтора роста, белёсый, звенящий, и под ним он начал собирать ману для атаки.

— Гнус! — крикнул я.

Маг вышел из-за ели. Он не стал бить в купол. Он сделал то, что умел лучше любого Волхва: бросил в землю перед куполом короткий жгут маны, и тот ушёл под дёрн, к корням, туда, где стояли сигнальные нити. Нити были не наши, а их, и они ждали чужого.

Купол дрогнул, потому что под ним сработала собственная ловушка Ковена.

На один удар сердца белёсый свет погас.

Этого удара мне хватило. Я оторвался от Ермила, прошёл Тёмным шагом через костёр и вогнал клинок Волхву под грудину, и Чёрное пламя пошло по стали клинка в плоть. Волхв открыл рот, и из него пошёл дым.

Ермил метнулся ко мне. Мою спину содрогнул удар, но Чёрный панцирь выдержал. Я крутанулся на месте.

Ермил же, увидев как маги пали, рванул в сторону Ивана, чтобы прорваться. Он посчитал его самым слабым звеном.

Иван встретил его молотом. Ермил мастерски поднырнул под удар, и это было красиво, и вторым движением он вспорол Ивану бедро. Вот только вместо крови в воздух полетели искры от Чёрного панциря. Иван взревел, и чёрная аура, которую он всё лето учился держать, вышла из-под контроля.

Молот обрушился на не успевшего даже вскрикнуть Ермила. Раздался грохот, и земля задрожала. Синий щит вспыхнул и потух.

Ермил рухнул на одно колено. Из его глаз и носа шла кровь от отдачи собственной защитной техники. Иван вновь замахнулся молотом, чтобы добить врага.

Но я успел раньше. Я влетел в Ермила коленом и сбил его с ног.

— Живым! — прорычал я.

Иван, заслышав мой голос, тут же опустил молот. Его чёрная аура погасла. А сам белобрысый только ошарашенно смотрел по сторонам.

Я подошёл к Ермилу и связал его.

Иван опёрся на молот. Соловьёв тем временем присвистнул, глядя на Ивана. Ярослава только посмотрела на меня.