Книга Рыцарь, женщина и священник. История брака в средневековой Франции, страница 144 – Жорж Дюби

Что я имею в виду: формированию интересующих меня структур предшествовал долгий и трудный путь. Как уже говорилось, одновременно с тем, как картина прояснялась, она видоизменялась. Вскоре после 1000 г., когда впервые становятся заметны проявления теории о трех функциональных сословиях, дополняющих друг друга, становится заметно и противостояние двух концепций брака: той, в соответствии с которой долгое время выстраивали свое поведение воины, и той, которую издавна пытались заставить их принять священники. Около 1000 г., после того, как обе эти концепции приобрели окончательный вид, конфликт, по-видимому, достиг наивысшей точки. Затем напряжение начало спадать, и в начале XIII в., когда теория трех сословий стала одной из опор крепнущей монархии, воцарился мир. Можно ли сказать, что победила в этой борьбе церковная концепция, что христианская доктрина трансформировала общество?

В том регионе и в той социальной группе, что я избрал для своего исследования, все сферы жизни изначально были проникнуты христианством. Это, однако, было еще не христианство XIII в. Все эти воины боялись Бога (даже самые жестокие и алчные, сгоравшие от вожделения, даже граф Жан Суассонский) – я уверен в этом. Все они щедро жертвовали на восстановление храмов и месяцами шли, подвергаясь всевозможным лишениям и опасностям, к гробнице Христа, движимые отнюдь не надеждой на богатую поживу и не желанием повидать другие страны. Многие из них, ничем не отличаясь от еретиков, полагались на слова Иисуса: «Царство Мое не от мира сего». Желая мирно упокоиться в своих гробницах и достигнуть рая, они прислушивались и к словам священников – отличаясь этим от еретиков, – рассчитывали, что благодаря их ритуалам обретут спасение и будут избавлены от грехов. Тем не менее они не признавали за священниками права менять их обычаи, заставлять их вести себя в этом мире не так, как вели себя их предки. К тому же всеохватный прогресс не оставил в стороне и их: по мере того как религия все больше становилась предметом личной рефлексии, они понимали, что вину за преступные намерения и поступки не искупить одними ритуалами. Мало-помалу эта социальная группа становилась более восприимчивой к евангельским требованиям – как одновременно с ними и священники. Размышляя о смысле боговоплощения, клирики постепенно пришли к мысли о том, что им не следует ограничиваться одними ритуалами и мессами и что, примирившись хотя бы в какой-то степени с естественным порядком вещей и социальной реальностью, они скорее достигнут своей цели.

Дух менялся, менялось и тело. В ходе одного, XI столетия, эпохи волнений и ожесточенной борьбы за власть, установился, не без труда, феодальный способ производства. Поддержание его требовало концентрации сил, и в среде воинов возникли устойчивые линьяжи, закрепившие за собой права на владение землей, право распоряжаться крестьянами, наказывать их и эксплуатировать. Сопротивляясь напору мира земного, более четкий вид приобрели и структуры Церкви, неотступно следовавшей своим строгим принципам. Брак – это инструмент контроля, и главы Церкви пользовались им, надеясь дать отпор мирянам и подчинить их себе. Главы знатных родов также пользовались им, хотя и с иными целями: чтобы сохранить свое могущество. Пик конфликта вокруг матримониальных практик пришелся на то же время, когда проявились первые эффекты аграрного роста, когда города начали поднимать голову, когда оживились дороги, а монета начала ходить все шире – все это способствовало росту крупных политических образований. Произошедшие в ходе XII в. удивительные трансформации придали обществу больше мобильности, сняли напряженность. Власти господствующего класса больше ничего не угрожало; его представители, поделив, как им хотелось, эту власть между собой, могли теперь расслабиться. Христианство стремительно развивалось и в тот период, что служит границей моего исследования, стало таким, каким воспринял его Франциск Ассизский; в этот же период воины и священники, подчинившись авторитету короля, заботившегося о сохранении сложившегося порядка, наконец прекратили конфликт и достигли согласия в вопросе о том, что должен представлять собой брак. Одним словом, развитие общества и эволюция христианства шли рука об руку, и нельзя сказать, что одна концепция брака одержала верх над другой: они были совмещены.