Книга Рождественские желания и ирландские поцелуи, страница 110 – Дебби Джонсон

Еще несколько секунд смотрю на экран – думаю, не написать ли Лиаму. Но что я ему скажу? Прошлый вечер был потрясающим, но утро принесло свои трудности. Мысли носятся по кругу. В итоге я сдаюсь и вылезаю из кровати. Можно было бы поваляться подольше, но у меня нет настроения.

Спускаюсь в халате и пушистых носках в еще не прогревшуюся гостиницу. В баре не так уж и жутко, как я думала: Шон с папой начали уборку, пока вечеринка еще шла. Паб сегодня не работает, так что времени у нас много.

Постояльцы – семейная пара – кутили с папой и местными жителями до утра и сказали, что к завтраку не выйдут. Я собираю для них поднос. Мюсли, мед, орехи, свежие ягоды, молоко. Пара круассанов, джем, йогурт и милая маленькая коробочка с двумя шоколадными пралине. Добавляю два бокала с коктейлем «Мимоза» – все-таки Рождество.

Тихонько ставлю им в номер поднос и возвращаюсь в квартиру. Папа еще спит – я рада, что он отдыхает. Я уже не маленькая девочка, которая вскакивала ни свет ни заря и сразу бежала проверять, приходил ли Санта. Улыбаюсь, представляя, что сейчас творится в Розингсе и что будет чуть позже у Бернадетт и Брайана. Насколько я знаю, план был такой: близнецы просыпаются в большом доме, открывают подарки, потом идут к бабушке с дедушкой на традиционный Бернадеттин ирландский завтрак. Потом будет обед в Розингсе для всей семьи, а вечером все отправятся в деревню кушать тортики и веселиться.

И мне тоже есть чем заняться – я сегодня подменяю Мэгги. Воодушевляющая перспектива! Во мне вообще куда больше воодушевления, чем год назад. Меня слегка передергивает при воспоминании о том жалком, отчаянном походе к Санте в его грот и о том, как безрадостно мне жилось тогда.

А нынешний год стал годом перемен. И Рождество в этот раз совсем другое. Подарками мы не обменивались, но меня это не смущает. Мы с папой договорились ничего друг другу не покупать, а вместо этого потратить деньги на прогулку в Лондоне перед моим отъездом домой.

Домой, думаю я, одеваясь. А где он теперь, мой дом? Нью-Йорк я никогда по-настоящему не любила и не раз думала об отъезде. Потом начала развивать свое маленькое дело, познакомилась с Тайлером, и жизнь как-то выровнялась. Но теперь все снова изменилось. Мы с Тайлером расстались, и что будет дальше – я не знаю. Это одновременно воодушевляет и пугает.

Если бы мы с Лиамом жили рядом, наши отношения могли бы развиться сами собой. Можно было бы проверить их временем. Но он живет в Дублине, а я в Штатах. Он уже и сам подумывал о том, чтобы вернуться в Сент-Тильду насовсем, и, честно говоря, меня и саму эта мысль привлекает. Мне нравится в Сент-Тильде, я могу представить здесь свое будущее. Но, может, это из-за Лиама? Может, я хочу не столько жить тут, сколько быть рядом с ним? Это важные вопросы для нас обоих.

Я тихонько выскальзываю из дома и иду прогуляться по пляжу – быстрым шагом, чтобы не замерзнуть. Снег перестал, но холод стоит страшный. Морские птицы жмутся стайками у скал, распушив белые перья. Волны накатывают и грохочут, ветер свистит им наперебой. Сквозь облака пробивается бледное зимнее солнце, воздух пахнет солью и водорослями – резко, свежо. Красота.

Я удовлетворенно вздыхаю и на секунду останавливаюсь, чтобы насладиться этим чувством. Удовлетворенность – страшно недооцененное состояние.