Книга Двухголовый всадник, страница 68 – Наталья Звягинцева

В наступившем молчании каждый думал о своём. Василий опять склонился над картой, а граф, откинувшись на спинку сиденья и совсем ослабив поводья, смотрел на мерное колыхание разнотравья. Сладкий цветочный запах, лёгкое насвистывание снующих в небе крошечных птиц и мерное поскрипывание колёс несло успокоение мыслям.

Поднявшись на пригорок, дорога побежала извилистой змейкой вниз, открывая взору Вислотского и Громова обнесённые протяжённой изгородью постройки имения Власовых и распахнутые широкие ворота. У конюшен их поджидали Саид и Мими.

Как только коляска остановилась и оба седока оказались на твёрдой земле, к ним подбежал Миша Власов.

— Матушка вас просит к себе, – с поспешностью сообщил мальчик, – вы позволите вас проводить?

— Только если вы расскажете мне, как продвигаются ваши поиски, – лукаво прищурившись, отозвался граф.

Он уже настолько освоился с новой тростью, что мог ходить с вполне приличной скоростью. Хотя хромота по-прежнему оставалась постоянным его спутником.

— Неужели же, сударь, вам это интересно? – с радостным изумлением спросил Миша.

— Вы даже не представляете как, – доверительно произнёс граф.

— Но это детская забава, так матушка говорит…

— Тогда скажу следующее: я сам как раз сейчас занимаюсь поисками одного сокровища, – перешёл на шёпот Вислотский, – но прошу, никому об этом не рассказывайте.

Миша, шагавший рядом, от такой новости аж присвистнул, но тут же поспешил извиниться за своё неподобающее поведение. Мальчика, несомненно, распирало любопытство, но он отважился только спросить:

— А это опасно?

Граф лишь пожал плечами:

— Если считать за опасность возможность подхватить лёгочную инфекцию, вдыхая пыль со страниц старых книг, или потерять сон от непрерывного размышления, то да, это очень опасно.

После такого заявления Мими сделался совершенно счастливым. Всю дорогу до дома он с гордостью демонстрировал содержимое своих карманов – а там оказалось много всего: пара медных монет, обломок костяного гребня, ржавый ключ и особая его гордость, железный зуб – и рассказывал Николаю Алексеевичу о предпринятых попытках отыскать в имении клад.

— Вижу, что книга о приключениях сделала своё дело, – подытожил граф. – Возможно, вы бы хотели отправиться в плавание?

— Я думал об этом, – со всей юношеской серьёзностью ответил Мими, – но если Гера и Люба уедут, то маменька останется совсем одна. Мне бы этого не хотелось. Кто-то должен за ней присматривать на старости лет. Ведь поиски клада могут быть не менее захватывающим занятием, чем жизнь на необитаемом острове и схватки с пиратами. Тем более я иногда воображаю, что наше имение и есть тот остров, а пираты…

Миша осёкся, смутившись такой детской откровенности со своей стороны.

— А пиратов вполне можно заменить на лесных разбойников, – закончил Вислотский.

— Именно! Вы всё хорошо понимаете!

Пройдя несколько шагов молча, Николай Алексеевич вновь заговорил.

— Любовь Родионовна тоже увлекается чтением?

Миша хихикнул. Но тут же исправился и серьёзно ответил:

— Наши вкусы здесь совершенно не совпадают. Она всё про чувства читает, про возвышенные страдания. Никаких смертельных опасностей и кровавых схваток.

— Но для барышень её положения это сейчас модно.

— Ничего хорошего в моде не вижу, – с видом знатока сообщил Миша. – Я как-то раскрыл её книгу, так там на целую страницу описание страданий Юлии по Арису^[18]. Нет, такое вовсе не по мне.