Книга Покоренные, страница 11 – Ульяна Соболева

На последнем кадре мужчина в синей куртке поднял лицо к камере. На щеке четыре кровавые полосы. Карина успела оставить подпись. Криминалист остановила видео раньше, чем трое мужчин потащили Карину в машину. — Дальше вам смотреть не нужно.

— Мне решать.

— Нет. Это вещественная запись. Вам нечего искать там глазами, кроме причины сорваться с места. Мы уже выделяем лица, одежду и направление колёс. Если хотите помочь, назовите, кто из старой сети использовал закрытые сервисные дворы на западном коридоре.

Я заставил себя отвернуться. В груди ходило тяжёлое, готовое ломать. Женщина была права и не боялась сказать это в моём доме. Я открыл архив связных на планшете, отметил три фамилии и два склада, которыми Дауд пользовался для смены транспорта. Максим молча добавил старую холодильную компанию. Работа оказалась унизительно обычной: не месть, не клятва над кровью, а номера, даты и люди, которым требовалось время проверить каждую строку.

Медик связался из машины. Водитель пришёл в сознание, отвечал на вопросы, но жаловался на тошноту и провал в памяти. Его везли на обследование; допрашивать дальше запретили. Он успел сказать, что человек в синей куртке назвался Виктором и произнёс первую часть условной фразы. Карина задала дополнительный вопрос, после которого потянулась к оружию. Значит, второй пароль действительно спас ей несколько секунд — и доказал, что первый был скомпрометирован.

— Не давите на него, — сказал я. — Лечение первым.

Максим посмотрел на меня с плохо скрытым удивлением.

— Что?

— Ничего. Просто проверяю, тот ли Нармузинов вернулся из Грозного.

— Ещё один комментарий — проверишь челюсть.

— Вот теперь узнаю.

Патруль нашёл между ящиками мини-диктофон и передал копию записи в штаб. Орс открыл файл. Сквозь шум двигателя прозвучал мужской голос: «Девчонка внутри. Ворота закрывай». Потом треск, удар и одно слово, которое микрофон вытянул почти чисто.

— Рыбка, — сказал Максим.

Я почувствовал вкус железа во рту. Люди Дауда называли так женщин перед продажей. Карина знала. Авра знала. Теперь это слово снова шло по нашей линии, потому что кто-то решил, что прошлое можно поднять с пола и надеть ей на шею.

— Открывайте старое дело «Пекла», — приказал координатор в динамике. — Ищем не мужа с ревностью и не бытовой выкуп. Это организованный захват. Нармузинов, ваши люди остаются под нашим распределением.

— Найдите серую машину.

— Уже ищем.

Я посмотрел на свитер, забытый в раскрытом пакете возле двери. Карина обещала страдать из-за его цвета. Я собирался заставить её выполнить обещание. Но сначала требовалось пережить собственный страх и не превратить его в приказ, который снова сломает всё вокруг.

На карте осталась последняя точка защищённого телефона. Перед глушением он успел передать координату западного съезда и короткую строку: «Первый пароль знают». Значит, Карина успела понять ловушку. Значит, противник украл не только маршрут. Он вошёл в нашу систему раньше неё. И теперь считал, что знает дорогу к каждому из нас.

Глава 3

КАРИНА

Темнота в фургоне не делала меня слабее. Она просто знала моё настоящее имя. Не Карина Воронова, не Нармузинова, не женщина с доступом к архивам и оружием под курткой. Для темноты я оставалась девочкой, которую везли среди чужой рвоты и плача, пока мужчины наверху решали цену. Я прижала ладонь к полу и почувствовала бетонные швы под колёсами. Подмосковье. День. Мой выбор. Четыре слова удержали настоящее на месте.