Книга Покоренные, страница 14 – Ульяна Соболева

— Если они существуют.

— Одна пропала сегодня из больницы. Ты уже проверила ленту, правда?

Холод прошёл вдоль позвоночника. Он знал, что было в моём запросе меньше часа назад. Не видел внутреннюю комнату, иначе знал бы второй пароль. Значит, либо читал ограниченные запросы, либо Авра сообщала ему больше, чем призналась.

Я нажала кнопку тревоги через ткань кармана. Телефон коротко вибрировал: пакет сохранён локально, отправка невозможна. До автоматического открытия на сервере оставалось пять минут.

— Отпусти водителя, — сказала я. — Он не имеет отношения к делу.

— И ты положишь пистолет?

— Я положу его туда, где тебе будет очень неприятно искать.

Виктор усмехнулся. Мужчина у кабины ударил водителя рукоятью под ухо. Тот упал на бок, но закрыл голову руками — сознание не потерял. Я подняла оружие на несколько сантиметров. Три ствола тут же направились в кузов. Ещё один блеснул на крыше серой машины у ворот. Четыре человека. Возможно, пятый держал глушилку.

Я могла застрелить Виктора. Успела бы. Потом пуля с крыши вошла бы мне в грудь, а водитель умер рядом. Женщины из фотографии остались бы там, где их держали. Смелость, не учитывающая следующий выстрел, называлась не смелостью. Так мужчины моей семьи оправдывали привычку умирать красиво.

— Я выйду, — сказала я. — Водителя не трогать.

— Оружие на пол.

— Отойдите от него.

— Мы не на рынке.

— Ошибаешься, Виктор. Ты выставил товаром его жизнь и хочешь купить моё оружие. Торгуйся лучше.

Он посмотрел на мужчину у кабины и кивнул. Тот отступил на два шага. Водитель остался лежать, кровь капала на бетон. Я медленно присела, положила пистолет возле порога и толкнула носком наружу. Не далеко. Виктору пришлось наклониться. Я бросила куртку ему в лицо и прыгнула следом.

Локтем попала в висок. Он пошатнулся, я перехватила запястье с оружием и ударила коленом в живот. Пистолет выпал. Я успела наступить на его кисть, но человек возле водителя рванулся ко мне. Уклонилась от первого удара, ладонью отвела ствол, услышала выстрел в бетон. Осколок полоснул щёку. Мир на мгновение стал оглушительно белым, однако ноги держали.

— Лежать! — крикнул кто-то с крыши.

Я не легла. Врезала второму мужчине основанием ладони в нос, почувствовала хруст и побежала к воротам. До них было меньше двадцати метров. Слева — складская стена, справа — грузовые контейнеры, впереди решётчатая створка с цепью. За ней шоссе и несколько машин. Не толпа, которая обязана броситься спасать незнакомку, а расстояние, которое требовалось пройти самой.

На четвёртом шаге в спину ударило тяжёлое тело. Я упала на ладони, содрала кожу, перекатилась и вцепилась ногтями в лицо Виктора. Он выругался, дёрнул меня за волосы. Память вспыхнула быстрее боли: другие пальцы, белая ткань, музыка. Я ударила затылком назад и попала ему в рот. Он ослабил хватку. Я почти вывернулась. Почти.

Третий мужчина прижал колено к моему плечу. Второй, с разбитым носом, вырвал руку и завёл за спину. Пластиковая стяжка обхватила запястья. Я успела повернуть ладони внутрь и оставить между ними небольшой зазор — плоский шим всё ещё сидел в поясе. Куртка лежала у фургона; обычный телефон оставался в кармане брюк, защищённый — во внутреннем кармане куртки.

— Сука, — выдохнул Виктор и ударил меня тыльной стороной ладони.