Книга Рассвет русского царства. Книга 17, страница 115 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

Я покачал головой.

— Дааа уж. Я только думал, что всё наладилось… мы с тобой обсуждали, что начнём действовать, когда разберёмся с Большой Ордой. А сейчас выходит, что ты и Иван пошли на попятную. Такое чувство, что вас кто-то надоумил.

— Не говори ерунды, — тут же сказала Мария.

Кремль менялся без меня. Хотя чему удивляться. Ивана этому учили. Я сам много вкладывал в него и говорил ему, что за каждой вещью, поступком стоит чья-то жизнь и труд.

Все растили из него государя, и вот он вырос и взял, что ему положено. Я был бы дураком, если бы думал, что он вечно будет плясать под мою дудку.

Мне всё это не нравилось, но возразить было нечего. Я поискал, за что зацепиться, и не нашёл.

— «Сам вырастил, — подумал я, — сам и радуйся».

Мария отошла от окна, села за стол, поправила чернильницу и снова стала Великой княгиней.

— Ладно, — сказал я. — Честно сказать, я даже рад, что больше не буду главой Боярской думы. Все эти крики не по мне. — Я посмотрел на Марию. — Скажи мне, что насчёт денег?

— Дима, я думала, ты услышал и…

— Я услышал. Но меня это не устраивает.

Я достал из-за пазухи грамоту и протянул ей.

Она посмотрела на свёрнутый пергамент, взяла его, развернула и прочла. Читала она, как всегда, дважды. Низовья Вычегды с соляными ключами, от устья и вверх на сто вёрст. Пермь Великая по Каме и по Чусовой. Земли по Суре ниже Курмыша до засек. Льгота от податей на новые земли на десять лет и от мыта на всё, что идёт из Александрийска и в Александрийск. Про рыбные ловли под Сараем, которые советовал тесть, я писать не стал, Пётр мне и так их даст.

Мария дочитала и подняла голову.

— Зачем тебе земли за Вычегдой?

(От авторов: в низовьях Вычегды и по Выми в XV веке жили коми-зыряне, которых на Руси звали зырянами, а их землю Вычегодской Пермью. Крестил их в конце XIV века Стефан Пермский, он же составил для них азбуку, и епископская кафедра сидела в Усть-Выми. Соляные ключи у низовьев Вычегды местные знали издавна и вываривали соль в малых варницах. Усолье на Вычегде, будущая Соль Вычегодская, выросло вокруг соляных колодцев у озера. Южнее, по Каме, жили коми-пермяки, их землю звали Пермью Великой, а главным городком была Чердынь. На Чусовой и за Камнем, то есть за Уралом, сидели вогулы, нынешние манси, которые ходили на пермяков и на русских набегами.)

— Ты там не был, — сказала Мария. — Я тоже. Но я читаю, что пишут с Устюга. На Выми сидят вымские князья, свой род, он там правит с дедовских времён. Князь Василий Вымский ходил с московским воеводой Травиным на Югру и привёл Москве дань. Они нам служат, Дим, дань дают, и трогать их нельзя. У зырян свой епископ и свои попы, и пишут они Стефановой грамотой. Устюг считает варницы на Вычегде своими и торгует оттуда солью, и устюжане первыми пойдут жаловаться. — Она положила ладонь на грамоту. — Чужого боярина с дружиной там примут, как новгородского ушкуйника. Либо за копья возьмутся, либо уйдут в лес, и ты будешь сидеть один на соляном ключе. А на Каме вогулы жгут погосты каждое лето, и пермский князь в Чердыни Москве ещё не присягал. Тебя там не примут.

Про ушкуйников она сказала зря. Те грабили и уходили вниз по реке. Я собирался остаться и платить зырянам за соль и за работу серебром. Но спорить с ней об этом сейчас было не к месту.