Книга Раздевайтесь, вы приняты, страница 59 – Саяна Горская

И он дей­стви­тель­но ждёт.

Сто­ит воз­ле ши­ро­ких уни­вер­си­тет­ских сту­пе­ней, при­сло­нив­шись пле­чом к пе­ри­лам, в рас­стёг­ну­той курт­ке, хо­тя на ули­це уже про­хлад­но, и ле­ни­во кру­тит на паль­це связ­ку клю­чей.

Во­круг него пол­но лю­дей, как это обыч­но и бы­ва­ет.

Один па­рень оста­нав­ли­ва­ет­ся пе­ре­ки­нуть­ся па­рой слов, ми­мо про­хо­дят де­вуш­ки, ко­то­рые от­кро­вен­но огля­ды­ва­ют­ся че­рез пле­чо, но Ца­рен­ко ни­ко­го не за­ме­ча­ет.

Он смот­рит на две­ри. И ко­гда ви­дит ме­ня, его ле­ни­вая улыб­ка ста­но­вит­ся ши­ре.

Од­ной этой улыб­ки хва­та­ет, что­бы весь мой тща­тель­но упо­ря­до­чен­ный мир на­чи­нал ве­сти се­бя со­вер­шен­но непри­лич­но. Пульс то­ро­пит­ся, ла­до­ни ста­но­вят­ся го­ря­чи­ми, а где-то под рёб­ра­ми ще­кот­но и тре­вож­но, хо­тя при­чин для тре­во­ги нет во­об­ще. Всё пре­крас­но.

Луч­ше, чем пре­крас­но, по­то­му что я влюб­ле­на.

До оду­ри! До сно­ся­ще­го кры­шу же­ла­ния вы­бе­жать на уни­вер­си­тет­ское крыль­цо и со­об­щить об этом всем, кто ещё не успел до­га­дать­ся.

Мне два­дцать два. Я круг­лая от­лич­ни­ца, гор­дость фа­куль­те­та и иду на крас­ный ди­плом. А ещё я встре­ча­юсь с Ива­ном Ца­рен­ко, раз­дол­ба­ем с по­след­ней пар­ты, ко­то­рый од­на­жды при­шёл на за­чёт без руч­ки, умуд­рил­ся спи­сать фор­му­лу у пре­по­да­ва­те­ля и ка­ким-то непо­сти­жи­мым об­ра­зом по­лу­чил чет­вёр­ку, хо­тя по­ло­ви­ну се­мест­ра его во­об­ще ни­кто не ви­дел.

До сих пор ино­гда ка­жет­ся, что где-то здесь за­кра­лась ошиб­ка.

Что он мог вы­брать лю­бую. Он мог вы­брать бо­лее рас­кре­по­щён­ную де­вуш­ку из чис­ла тех, что но­сят ко­рот­кие юб­ки не толь­ко ле­том, це­лу­ют­ся по кор­пу­сам и не крас­не­ют, ко­гда па­рень кла­дёт ла­донь им на та­лию.

Но Ва­ня вы­брал ме­ня.

И каж­дый раз эта мысль дей­ству­ет со­вер­шен­но оди­на­ко­во.

Мне хо­чет­ся по-ду­рац­ки улы­бать­ся, что я, соб­ствен­но, пря­мо сей­час и де­лаю.

— Ма­рья! — Иван от­тал­ки­ва­ет­ся от пе­рил и идёт на­встре­чу. Об­хва­ты­ва­ет ме­ня по­пе­рёк та­лии и лег­ко под­ни­ма­ет над зем­лёй.

— Вань! — Вскри­ки­ваю, цеп­ля­ясь за его пле­чи. — По­ставь!

— Да­же не на­дей­ся.

— На нас смот­рят!

— Пусть за­ви­ду­ют. Я со­ску­чил­ся.

— Ес­ли бы ты не про­спал две пер­вые па­ры, мы бы уви­де­лись рань­ше.

Он кру­жит ме­ня один раз, вто­рой, и я уже са­ма сме­юсь, за­бы­вая со­про­тив­лять­ся. Паль­цы сцеп­ле­ны у него на шее, нос по­чти ка­са­ет­ся тёп­лой ко­жи воз­ле вис­ка, а от него пах­нет хо­лод­ным воз­ду­хом, ка­ким-то муж­ским ге­лем для ду­ша и ещё немно­го си­га­ре­та­ми, хо­тя он тор­же­ствен­но обе­щал бро­сить.

Ко­гда Иван на­ко­нец ста­вит ме­ня на но­ги, я всё рав­но не вы­пус­каю его из сво­их объ­я­тий.

Он то­же.

Ла­до­ни оста­ют­ся у ме­ня на та­лии, боль­шие паль­цы ле­ни­во по­гла­жи­ва­ют че­рез паль­то, и несколь­ко се­кунд мы про­сто смот­рим друг на дру­га с тем со­вер­шен­но иди­от­ским вы­ра­же­ни­ем, ко­то­рое по­яв­ля­ет­ся ис­клю­чи­тель­но у лю­дей, уве­рен­ных, что ми­ра во­круг боль­ше не су­ще­ству­ет.

— А ты со­ску­чи­лась?

— Мы ви­де­лись вче­ра ве­че­ром.

— Я за­дал дру­гой во­прос.

Пы­та­юсь со­хра­нить се­рьёз­ное ли­цо.

— Воз­мож­но.

— Кра­са­ви­на, твоя эмо­ци­о­наль­ная щед­рость ме­ня ко­гда-ни­будь по­гу­бит.