Книга Сделка с миллиардером: Черный перец и ваниль, страница 108 – Мари Ли

Но все лица, все звуки и запахи мгновенно перестали существовать, как только мой взгляд встретился с ним.

Руслан стоял у алтаря. В безупречном черном смокинге, который сидел на нем так, словно был второй кожей. Белоснежная рубашка, черная бабочка, идеальная осанка. Когда он увидел меня, он замер. Я физически видела, как потрясение стирает с его лица последние остатки деловой невозмутимости. Его губы чуть приоткрылись, а пепельно-серые глаза потемнели до цвета грозового неба, вспыхнув таким первобытным, сжигающим огнем, что у меня перехватило дыхание.

Его взгляд скользнул по закрытому, строгому силуэту платья. А когда я, обходя декоративную колонну, повернулась к нему спиной, открывая провокационный вырез и серебряную вышивку, Руслан судорожно втянул воздух. Желваки на его скулах дернулись.

Я подошла к нему, и он, не дожидаясь, пока регистратор начнет свою речь, шагнул навстречу, нарушая все правила. Он взял мои руки в свои — его пальцы были обжигающе горячими.

— Ты... — его голос сорвался, прозвучав так тихо, что слышала только я. — Боже, Аня. Ты незаконно прекрасна. Это платье... Я хочу сорвать его с тебя прямо сейчас и перестрелять всех, кто на тебя смотрит.

Я тихо рассмеялась, сжимая его пальцы, чувствуя, как внутри разливается абсолютное, концентрированное счастье. — Придется потерпеть до вечера, господин Багиров. Иначе пресса все-таки получит свой скандал.

Регистратор, женщина с идеально поставленным голосом, начала говорить красивые слова о любви, верности и преданности. Но мы почти ее не слышали. Мы смотрели только друг на друга. В этом стеклянном павильоне, на глазах у самых влиятельных людей города, между нами не было больше ни единой тайны, ни одной невысказанной обиды.

Когда пришло время произносить клятвы, Руслан не стал доставать заготовленных шпаргалок. Он не отрывал взгляда от моих глаз.

— Моя жизнь всегда была набором строгих правил, контрактов и расчетов, — его голос, усиленный микрофоном, разносился по павильону, заставляя зал замереть. — Я верил, что контроль — это единственная гарантия безопасности. А потом в мою жизнь ворвалась ты. Девушка с двумя стаканчиками кофе, которая не побоялась бросить мне вызов в день нашей первой встречи. Ты разбила мою броню на осколки. Ты заставила меня понять, что настоящая сила — не в том, чтобы не чувствовать боли, а в том, чтобы доверить свое сердце другому человеку. Ты мой лучший друг. Мой равноправный партнер. Моя единственная любовь. И я клянусь, что до последнего вздоха буду защищать твою свободу так же яростно, как защищаю нашу любовь.

В зале послышались всхлипы. Кажется, плакала не только тетя Зина, но и парочка суровых акционеров. Мои глаза застилали слезы, но я улыбалась.

— Я выходила замуж за ледяную статую, — начала я, и по залу прокатился легкий смешок. — За человека, который думал, что всё в этом мире можно купить или прописать в контракте. Но за этим льдом я нашла самое горячее, самое верное и большое сердце. Ты поверил в меня, когда я сама в себя не верила. Ты дал мне крылья, Руслан. Мы прошли через пепел, через предательство и страх, но мы вышли из этого огня вместе. Я клянусь быть твоей опорой в самые темные дни. Я клянусь стоять с тобой плечом к плечу, какие бы бури ни бушевали за окном. Ты мой дом, Руслан. Навсегда.