Книга Сера, страница 221 – Калли Харт

— Кэррион, осторожнее!

Я не была чистокровной феей. Укус обычного вампира, скорее всего, не причинил бы мне вреда – не то чтобы я была уверенав этом, – но он точно мог убить Кэрриона. А это был не обычный вампир. Я не сражалась на берегу реки в Иррине, когда напали зараженные вампиры. Не видела я и разрушений, которые они причинили, но знала, как быстро распространяется гниль. Я знала, как легкоона передается и живым, и мертвым.

— Не трогай его! – крикнула я.

Зря я беспокоилась. Как только Кэррион приблизился к вампиру и попытался стянуть его с меня, тот с рычанием отбросил его.

Все произошло так быстро.

Кэррион ударился об угол стены и издал сдавленное «Уф!», попытавшись выпрямиться. Ветви плюща позади него, душившие ветхую кирпичную кладку, внезапно расцвели: тысячи крошечных белых цветочков раскрылись и увяли прямо у меня на глазах. Сухие лепестки дождем посыпались на контрабандиста, запутавшись в его волосах, когда он оттолкнулся от стены.

— Миледи! – Арчер дрыгал ногами, лежа на спине, и пытался подняться. Вампир скатился с меня и встал на четвереньки, снова устремившись вперед по грязному снегу и надеясь найти лучший угол для атаки. Черный ихор капал с его ужасных обломанных зубов, пока он приближался.

Правая рука болела, магия пульсировала, умоляя выпустить ее на свободу, но голос Фишера все еще отчетливо звучал в моей голове. Он обрушил свою магию из зараженных вампиров, с которыми столкнулся на берегу Дарна. Ренфис тоже, и магия обоих воинов не причинила зараженным вреда. Напротив, монстры поглотили их силу и забрали ее себе, а я меньше всего хотела дарить этому ублюдку бесплатную магию. Я уже отдала ему гребаный нулевой клинок.

— Он сейчас нападет, Саэрис! – воскликнул Кэррион. – Осторожно! Я перехвачу его…

— Кэррион, нет! Не подходи!

Как он и предсказал, вампир прыгнул. Но не контрабандист бросился навстречу, чтобы повалить обезумевшего монстра на землю. Это был Арчер.

— Беги, хозяйка! – крикнул он.

Пламя полыхнуло перед глазами, и душераздирающий, полный боли крик расколол ночь.

— Арч! Нет!

Вампир впился зубами в шею Арчера и разорвал ее. Я и не подозревала, что тело огненного эльфа можно пронзить зубами или клинком, но это происходило у меня на глазах, и ужас прокатился по моему позвоночнику.

Из горла Арчера извергались струи оранжево-желтой магмы. Она светилась так ярко, что жгла глаза. Магма попадала на вампира, на его грудь, лицо и руки. Тот никак не реагировал на…

Стоп.

Нет. Он реагировал.

Чудовище забилось в конвульсиях, его чернильно-черные глаза расширились, когда в них вернулось прежде отсутствовавшее сознание. Его челюсть отвисла слишком широко, открываясь и закрываясь, изуродованный черный обрубок языка высунулся изо рта в беззвучном крике. Восковая кожа начала плавиться. Там, где раскаленная магма касалась тела оскверненного существа, черные узловатые вены под поверхностью кожи вырывались на поверхность и лопались, выбрасывая наружу зловонную гниль.

Ихор вязкими нитями падал на снег. Поначалу он вел себя так же, как ртуть, – собирался, ощупывал, искал, – но потом начал дымиться. Пузыриться. Кипеть.

Язык был чужд разлагающемуся разуму вампира, и все же тот издавал звуки, словно пытался взывать о помощи, пока гниль пузырилась и горела внутри него. Его пальцы скрючились, он задергался и упал обратно в снег…