Книга Тайна черного кеба, страница 61 – Фергюс Хьюм

— Будь он проклят! – хрипела она за вечерней выпивкой какой-то старой карге, не менее злобной и сморщенной, чем она сама. – Почему бы ему не пойти к себе домой, не оставить меня в покое и не перестать бродить повсюду и совать нос в чужие дела, отвлекая людей от зарабатывания куска хлеба и от выпивки по вечерам?

— Что ему надо? – спросила ее подруга, потирая свои старые скрипящие колени.

— Надо? Он хочет, чтобы ему перерезали глотку, – сказала Старьевщица. – Что я с радостью и сделала бы как-нибудь ночью, пока он бродит возле нас, как будто тут преступник на преступнике. Он может раздобыть информацию, пока здесь ошивается, – но я знаю кое-что, что ему не известно, черт его возьми!

Она безумно засмеялась, а ее приятельница воспользовалась случаем выпить побольше джина, пока гадалка выговаривалась. Старьевщица заметила это и схватила несчастное создание за волосы, после чего, несмотря на увядающие силы, ударила подругу головой об стену.

— Я еще покажу тебе, – простонала пострадавшая, ковыляя так быстро, как могла. – Вот увидишь!

— Пошла к черту! – прокричала Старьевщица безразличным голосом, наливая себе еще выпивки. – Еще раз увижу тебя здесь покушающейся на мою выпивку, дьявол тебя забери, я перережу тебе горло!

Гостья что-то невнятно простонала, услышав это любезное приглашение, и поковыляла из комнаты еще быстрее, оставляя разъяренную гадалку наедине с ее прелестью.

К тому времени Калтон виделся с Брайаном уже несколько раз и перебрал все аргументы, какие мог придумать, чтобы тот ему все рассказал, но заключенный либо сохранял полное молчание, либо просто отвечал:

— Это разобьет ей сердце.

После долгих расспросов он признался адвокату, что был у Старьевщицы в ночь убийства. После того как он бросил Уайта на углу церкви, как показал и возница Ройстон, он пошел по Рассел-стрит и встретил Сал Роулинз рядом с гостиницей «Единорог». Та отвела его к Старьевщице, где он увидел умирающую женщину, рассказавшую ему нечто такое, о чем он не мог сказать вслух.

— Что ж, – сказал Калтон, выслушав это признание, – ты бы мог сильно облегчить нам дело, если бы признался в этом раньше, при этом сохранив свой секрет. Если бы ты так и сделал, мы бы могли застать Сал Роулинз, прежде чем она покинула Мельбурн, но теперь одному богу известно, найдем мы ее или нет.

Брайан не ответил: казалось, что он едва ли думает о том, что говорит ему адвокат, но в тот момент, когда Калтон собрался уходить, он спросил:

— Как Мэдж?

— А сам-то ты как думаешь? – не выдержал Дункан. – Она очень плоха, и все из-за беспокойства за тебя.

— Моя дорогая! Бедняжка! – закричал Фицджеральд внезапно, обхватив руками голову. – Я сделал это, только чтобы спасти тебя!

Калтон подошел к нему и положил руку на плечо.

— Мой дорогой друг, – мрачно произнес он, – доверие между адвокатом и клиентом должно быть таким же, как между священником и грешником. Ты должен рассказать мне свой секрет.

— Нет, – стоял на своем Брайан, – я никогда не повторю то, что та карга сказала мне. Я молчал раньше, когда от этого зависела моя жизнь, поэтому едва ли расскажу сейчас, когда это ничего уже не изменит.

— Я никогда больше не спрошу тебя об этом, – сказал Калтон раздраженно, подходя к двери. – Что же касается обвинения в убийстве, то, если я смогу найти ту девчонку, ты в безопасности.