Книга Мой муж отец чужого ребёнка, страница 39 – Катерина Воронова

— Ты с ума сошла? — Дмитрий шагнул ко мне, пальцы его сжались в кулаки. — Я прописан здесь! Я никуда не уйду!

Дверь кухни распахнулась.

Сергей шагнул внутрь, заполнив собой проём. Спокойный, собранный, с холодным прищуром серо-голубых глаз:

— Тебе русским языком сказали: на выход. Или помочь спуститься с лестницы?

Дмитрий смерил физрука взглядом, оценил разницу в весе и трезвую силу соперника. Челюсти его дёрнулись, спесь мгновенно сменилась трусливой злобой:

— Ты пожалеешь, Аня. Завтра мои юристы заблокируют твои счета. Ты по миру пойдёшь с протянутой рукой.

— Пошёл вон, — повторила я, не моргая.

Дмитрий развернулся, вылетел в коридор. Марина метнулась следом, всхлипывая на ходу:

— Тёма! Одевайся, мы уходим!

Из гостиной вышли мальчишки. Артём молча натянул куртку, накинул капюшон, глянул на Егора. Мой сын стоял у стены, не двигаясь, в глазах горело глухое презрение. Подростки не сказали друг другу ни слова. Только Артём на пороге коротко кивнул брату:

— Бывай.

— Держись, — процедил сквозь зубы Егор.

Тяжёлая входная дверь захлопнулась. Замок щёлкнул, отрезая подъездный шум. Шаги Дмитрия и Марины затихли внизу.

В квартире воцарилась тишина.

Полина выбежала из гостиной, бросилась ко мне, уткнулась мокрым лицом в живот:

— Мамочка… папа больше не вернётся?

Я опустилась на колени, обняла её вздрагивающие плечи, зарылась носом в светлые волосы дочери:

— Не вернётся, милая. Всё закончилось. Больше никто не будет врать.

Егор подошёл сзади, опустил тяжёлую руку мне на плечо:

— Мы справимся, мам. Слышишь? Я завтра на склад пойду, договорился с парнями насчёт разгрузки по вечерам.

— Справимся, сынок, — я прижала детей к себе, чувствуя, как горячие слёзы наконец прорывают плотину. — Обязательно справимся.

Сергей стоял в проёме коридора, скрестив руки на груди, молча наблюдая за нами. В его глазах читалась такая острая, нежная боль, что перехватывало дыхание.

— Идите спать, дети, — сказала я, поднимаясь с пола, вытирая щёки подолом платья. — Полина, марш в кровать. Егор, ложись. Завтра тяжёлый день.

Сын увёл сестру, аккуратно прикрыв дверь детской.

Мы остались в прихожей вдвоём.

— Спасибо, Сергей, — прошептала я, прислонившись спиной к комоду. Ноги подкашивались от дикой усталости. — Если бы не ты…

Сергей подошёл вплотную. Опустил тёплые широкие ладони мне на талию, притянул к себе бережно, бережно, словно хрупкое стекло. Его дыхание коснулось моего лба:

— Я же говорил: я рядом. Всегда буду рядом, если позволишь.

Я уткнулась лбом в его твёрдую грудь, в шершавую шерсть свитера, пахнущего морозным ветром. Внутри всё дрожало, но в этой мужской силе была защита, о существовании которой я забыла за восемнадцать лет одиночества вдвоём.

— Иди домой, Сергей, — выдохнула я ему в ключицу. — Пожалуйста. Мне нужно побыть одной. Нужно всё осознать.

Он помолчал, чувствуя биение моего сердца, медленно провёл пальцами по моим волосам, отпуская:

— Хорошо. Телефон включён. Звони в любую секунду.

Сергей вышел, тихо прикрыв за собой дверь.

Я прошла на кухню, налила стакан холодной воды, выпила залпом. Дрожащими пальцами набрала номер Ирины.

Гудок. Второй.

— Анька? — сонный голос подруги прорезал ночную тишину. — Что случилось? Два часа ночи.

— Ира, — мой голос сорвался на шёпот. — Приезжай. Прямо сейчас.