Книга Сделка, страница 226 – Лейла Фэй

Ручей впадает в небольшой лесной пруд с кристально чистой водой. В пруду сидят три потрясающе красивые женщины – смеются и брызгаются водой друг в друга. Они обнажены, их крупные розовые груди выставлены напоказ. Все три очень похожи: волосы черные как смоль, красиво очерченные алые губы. Сходство заставляет меня решить, что они сестры.

Они выглядят совершенно по-человечески, пока я не моргаю, – и на кратчайший миг мне кажется, что их кожа имеет голубоватый оттенок, волосы темно-зеленые, а зубы острые.

— О, присоединяйся к нам! – манит ближайшая, когда видит меня.

Она ярко улыбается, и я моргаю, всматриваясь… Вот. Ее глаза залиты ярко-синим цветом, без белков, а зрачки вертикальные, как у гадюки. Чешуя мерцает на лбу и скулах.

— Кто вы? – спрашиваю я, отступая на шаг.

Женщина смеется, звук чистый и красивый.

— Ты проницательная, да, милая? Иди, искупайся с нами. С нами хорошо.

Я медленно качаю головой:

— Вы русалки, не так ли? Но я слышала, вы топите только мужчин.

Она пожимает плечами так, что красивые груди подпрыгивают над водой и снова уходят под поверхность.

— Мы непривередливы, особенно в этих краях. Смертные редко сюда заходят. Что тебя привело? Почему бы тебе не зайти и не рассказать нам свою историю?

Я понимаю, что стою прямо на краю пруда. Не знаю, почему подошла ближе, когда должна бежать в другую сторону, но голос русалки такой мелодичный и властный, что я не могу устоять перед ее чарами.

— Сними платье, – говорит она, и ее голос приобретает певучесть, пока сама она голодно смотрит на меня. – Иди сюда. Мы прекрасно проведем время вместе. Тебе будет так хорошо с нами.

Я делаю, как она велит: отбрасываю платье в сторону. В это время другая русалка пристально смотрит на меня, и ее глаза расширяются.

— Висла! – совершенно не мелодично рычит она, и я замираю: чары развеиваются. – Посмотри на ее подбородок.

Глаза первой русалки сужаются, а затем расширяются. Она встает, отступая от меня на шаг.

— Прости, пожалуйста! – визжит она, больше не мелодичная и не очаровательная. – Я не знала, что ты его! Пожалуйста, не говори ему, что мы пытались тебя утопить!

Я моргаю, стряхивая остатки чар. Затем касаюсь подбородка. Наконец-то хоть какая-то польза от этой проклятой метки.

— Утопить? – повторяю я. – Ты ничего не говорила об утоплении. Ты сказала: мне будет хорошо!

Я слегка раздосадована, сильно напугана и на грани того, чтобы разразиться смехом, видя, как они напуганы. Третья русалка, которая еще ничего не говорила, тихо всхлипывает в волосы Вислы.

Мороки русалок исчезают, и теперь я вижу их такими, какие они на самом деле: мерцающая зеленая, голубая и розоватая чешуя, чуждые, завораживающе красивые лица, волосы дикие и струящиеся, как под водой. Их тела пышные, с женственными изгибами, украшены чешуей, которая сверкает, как драгоценности.

— Прости! – снова в панике визжит Висла. – Просто мы не можем говорить людям, что утопим их, правда? Ты бы зашла, если бы я так сказала? Но я не лгала! Тебе было бы прекрасно с нами. Мы делаем так, чтобы всем было хорошо. Лучшие часы в твоей жизни!

Я смеюсь. Они все испуганно ахают, когда я захожу в пруд. Я понимаю, что он не природного происхождения, потому что берега выложены гладкими, ровными камнями, и дно тоже. Вода великолепно теплая. Я сажусь, и она доходит мне почти до подбородка. Все трое со страхом в глазах смотрят на клеймо на моем лице.