Книга Пиарщица Его Высочества, страница 137 – Эдгар Шторм

В дверь негромко, размеренно постучали. Три коротких удара. Условный стук.

— Войди, Роман. - Не поднимая головы от сводки биржевых курсов, произнесла Диана.

Дверь отворилась. Воронецкий вошел в комнату, на ходу расстегивая тяжелый служебный вицмундир. В его облике за эти два месяца совместной жизни появилась новая, монолитная уверенность хозяина собственной судьбы. Женитьба не смягчила его бойцовской хватки, но сняла то извечное загнанное напряжение разночинца, вынужденного ежеминутно доказывать свое право на существование среди родовой знати. Он подошел к столу сзади, опустил тяжелые ладони на плечи Дианы и склонился, коснувшись губами ее виска. От него пахло морозным ветром, типографской краской и хорошим турецким табаком.

— Снова считаешь чужие миллионы, госпожа Воронецкая? - Негромко спросил он, и в его низком голосе прозвучала теплая нежность, которую он никогда не позволял себе выказывать за порогом спальни.

— Считаю наши будущие дивиденды, коллежский советник. - Диана откинулась назад, прижавшись затылком к его широкой груди, и с наслаждением прикрыла глаза. Его руки мягко массировали ее напряженные плечи. - Немцы из синдиката Фитингофа начали сброс облигаций Варшавской дороги. Они паникуют. Они думали, что после нашей свадьбы государь охладеет к ревизиям, а вышло наоборот. Великий князь вчера лично передал батюшке твою записку о злоупотреблениях на лесных складах.

Роман усмехнулся, придвинул тяжелое кожаное кресло и сел напротив нее, опершись локтями о стол:

— Александр Александрович был в ударе. Назвал директора кредитной канцелярии вором прямо в присутствии министра финансов Рейтерна. Старик Рейтерн позеленел, схватился за сердце и запросил отсрочки до Пасхи. Но мы загнали их в угол. Без купеческого согласия они не соберут и половины подписного капитала.

— И именно поэтому купечество придет сегодня к нам, - Диана придвинула к себе список гостей. - Ты закончил бумаги для Громова?

— Всё готово. Проект акционерного устава Волжско-Балтийского пароходного общества сверен до последней запятой. Ни один копейный пай не уйдет иностранцам без прямого решения гильдейского съезда. Мы перекрыли немцам лазейку через Лифляндский банк.

Диана удовлетворительно кивнула:

— Отлично. Первый эшелон нашего вторника сформирован. Но сегодня нам предстоит выдержать испытание посерьезнее купеческих уставов.

Она выразительно посмотрела на стоящие на каминной полке бронзовые часы работы Буре:

— Ровно в три часа здесь будет карета из Аничкова дворца.

Роман на мгновение замер. Его темные брови сошлись к переносице:

— Минни? Она действительно приедет? Не через фрейлин?

— Лично. - С легким торжеством произнесла Диана. - С флигель-адъютантом, в открытом придворном ландо. Великая княгиня Мария Федоровна наносит первый официальный визит в дом коллежского советника Воронецкого на Сергиевской улице. Понимаешь ли ты, что это значит для Большой Морской?

Роман медленно перевел дух. Как юрист и государственный чиновник он мгновенно просчитал сокрушительную силу этого жеста:

— Это значит, что старый двор умылся кровью. По правилам петербургского света цесаревна не посещает частные дома чиновников шестого класса. Никогда. Это привилегия фельдмаршалов, послов и старейших княжеских родов. Если она переступит этот порог, салон графини Воронцовой и кружок Адлерберга могут закрывать свои двери и распускать прислугу. Все сочтут это публичной монаршей оплеухой.