Книга Хозяйка пансиона на Вязовой улице, страница 55 – Лина Грин

«Томас, я не позволю им решать за нас. Ты обещал, что найдёшь способ поговорить с матерью, но я больше не могу ждать. Если они узнают о ребёнке, они отнимут её. Я не хочу, чтобы наша дочь росла в доме, где её будут считать ошибкой. Миссис Блейк согласилась принять её. Она обещала не спрашивать лишнего и не выдавать девочку, пока не будет уверена, что опасность миновала. Я оставлю ей письма и деньги, которые ты передал. Если ты сможешь приехать, мы поговорим. Если нет, прошу хотя бы не забывать о ней».

Александр дочитал письмо до конца. Его лицо стало неподвижным.

Элеонор осторожно взяла следующий лист. Это был ответ, написанный другим почерком, вероятно, рукой Томаса.

«Я не отказываюсь от дочери и не собираюсь позволять кому-либо решать её судьбу вместо нас. Я поговорю с матерью, когда вернусь. До тех пор прошу тебя оставаться у миссис Блейк. Деньги будут поступать регулярно. Я найду способ всё исправить».

Александр сел на край стула. Впервые с момента их знакомства Элеонор увидела, что он не пытается контролировать собственную реакцию. Он смотрел на письмо, но, казалось, видел перед собой совсем другое — брата, которого уже не мог спросить ни о чём.

— Он собирался рассказать семье, — произнёс Александр. — Но не успел.

Клара стояла у стола, не отрывая взгляда от него.

— Значит, он был моим отцом?

Александр поднял голову.

— Да. Судя по этим письмам, Томас был твоим отцом.

Девочка словно перестала дышать.

— А моя мама?

Элеонор посмотрела на письмо, где упоминалась женщина, но её имя не сохранилось в первой строке. В следующем конверте нашлась короткая записка с подписью: «Элизабет».

— Её звали Элизабет, — сказала Элеонор. — Похоже, она жила здесь.

— Кто-нибудь ещё знает об этих письмах? — спросила она.

— Только я, — тихо ответила Клара. — Я нашла их здесь, когда приезжала с женщиной, которая привезла меня в пансион. Она сказала, что это место принадлежало маме. Я тогда была маленькой и почти ничего не помню.

— Когда ты приезжала?

— Несколько лет назад. Мне сказали, что я должна забыть дорогу сюда.

Александр поднял глаза.

— Кто привёз тебя сегодня?

— Никто. Я пришла сама.

Он снова посмотрел на письма.

— Ты не должна была оставаться здесь одна.

— А где мне было оставаться? В пансионе меня обманывали. Вы ничего обо мне не знали, — в её голосе не было детской капризности. Только усталость человека, который слишком рано понял, что его жизнь зависит от чужих решений.

К полудню они вернулись в поместье Уитморов.

Элеонор не хотела вести Клару туда, но Александр настоял, чтобы девочка согрелась и поела до возвращения в пансион. Он также распорядился отправить за врачом, хотя Клара уверяла, что чувствует себя нормально. В гостиной их встретила леди Уитмор.

Она сначала посмотрела на сына, затем на Элеонор и наконец на девочку, которая держалась чуть позади.

— Александр, что всё это значит? — спросила она.

— Мама, нам нужно поговорить.

— Не сейчас. У меня гости через час, и я не намерена менять планы из-за очередного дела пансиона.

— Это не дело пансиона.

Он положил письма на стол. Леди Уитмор взглянула на верхний лист, и выражение её лица изменилось. Она не стала читать его до конца. Достаточно было увидеть почерк.

— Откуда это у тебя?

— Из дома, где жила Элизабет.